— Я буду учить тебя стрелять из лука! — Он улыбнулся озорной улыбкой, которая сразу передалась мне, выбив все другие мысли из головы.
— О, Киро, это замечательно! — Я обвила его шею руками и, не задумываясь, поцеловала в щеку. Но фавн как-то резко повернулся, и вышло что мои губы прикоснулись к его губам…
Всю ночь Киро учил меня стрелять из лука. Мы благоразумно молчали о случайном поцелуе, чувствуя, что каждому сейчас есть над чем подумать. Я боялась, что он оттолкнет меня, снова скажет, что эта досадная случайность, ведь он мне просто друг. А он, наверное, и думать забыл об этом. Это я слишком чувствительная. Подумаешь, почти поцелуй. Ну и что, что первый…
Мишенями нам служили вырезанные на деревьях круги. Но если фавн попадал сразу в середину, то мне эти круги не понадобились — стрела летела куда угодно, только не в цель. Поначалу это жутко меня расстраивало, но вскоре я поняла, что все получится, нужно лишь лучше стараться. Киро встал позади меня, прижившись к моей спине, повторяя ту же позицию, и крепко обхватил мои пальцы поверх древка. Его дыхание щекотало мне за ухом и вызывало рой мурашек от шеи до живота. Мне показалось или он сам застыл? Я прислушалась к его движениям и уловила лишь вздох.
— Ты чудесно пахнешь, как будто травы по весне. Ненавязчиво и сладко, — прошептал Киро.
Я не поняла его мотивов, но эти слова всколыхнули нечто новое во мне. И это было не только смущение, а что-то неуловимо трепетное. Но парень быстро пришел в себя и уверенно натянул моей рукой тетиву.
— Расслабь локти и стреляй на выдохе, — указал Фавн и отпустил мои руки.
Я бы заныла от сожаления, что он отошел, если бы не первая пропавшая в цель стрела. Это так взбодрило меня, что я вдохновилась на новые подвиги. И уже сама не могла отдать Киро лук для его выстрела. Я радовалась как ребенок, а парень лишь смеялся и продолжал помогать.
Вскоре такое времяпрепровождение стало для меня привычным. Мы стреляли и смеялись. У меня уже довольно хорошо получалось.
Позднее Киро сказал:
— Пойдем со мной, я кое-что хочу тебе показать.
Заинтригованная его словами, я пошла за ним, пробираясь сквозь папоротники. Мы вышли на знакомую тропинку, и Киро указал на место у высокого дуба. Там было особо много растительности, и парень отвел рукой траву и позвал меня:
— Поди сюда, здесь я оставлю тебе подарок. Проснешься — сходи, забери, пока его не нашел кто-нибудь другой.
Пока что в траве было пусто, и я улыбнулась, заинтересовавшись сюрпризом.
— Но что ты туда положишь? — как маленький ребенок, допытывалась я, но Киро не сдавался. Он мягко улыбнулся и, чмокнув меня в висок, развеял сон.
Я открыла глаза и с улыбкой вздохнула:
— Вот же вредный какой!
Быстро переодевшись в платье, я побежала на кухню, накрыла на стол и, не дожидаясь дедушки, рванула в лес. До вечера я не выдержу. Любопытство было моей слабой стороной, ничего не могла с этим поделать.
Добежав до тропы, я запыхалась и остановилась отдохнуть. Вскоре продолжила свой путь и уже через несколько минут оказалась у дуба. Оглянулась, но никого не встретила. Что ж, это неудивительно, в такую-то рань.
Забралась в траву, нащупала там что-то твердое и, вынув подарок, восхищенно ахнула. В моих руках был красивейший лук из дерева, искусно украшенный по краям каким-то орнаментом. Дюжина стрел прилагалась в специальной кожаной сумке — колчане, которую можно было бы перебросить через плечо на спину. Я упоенно рассматривала подарки и любовно гладила резную рукоятку лука ручной работы. Непрошеные слезы застлали глаза от понимая, что Киро сам его сделал, для меня. Я вытерла мокрое лицо и пошла домой, осознавая: это лучшее, что для меня когда-либо делали. Нечто теплое разливалось в моей груди, заставляя испытывать нежность к парню.
Дома я оставила лук и стрелы в комнате и пошла работать. Глупая улыбка не сходила с моего лица весь день. Теперь я смогу тренироваться не только ночами, но и днем, наяву. Я была уверена, что у меня все получится, и от этой мысли душа парила. К вечеру я пошла на луг, что тянулся к горам, чтобы забрать Нерзу домой. Козочка уже успела наесться травы и, скорее всего, хочет, чтобы ее подоили и устроили спать.
