В ночь накануне свадьбы я долго не могла уснуть. Мысли о предстоящем пугали и не давали вздохнуть. Что, если я делаю ошибку? Обвенчаться, связать себя навек с тем, кто был не более, чем друг — этого ли я хотела? Слезы снова хлынули на подушку, и я, поспешно вытерев их, села на кровати. Нет, уснуть сегодня не выйдет, нечего и пытаться. Я надела платье, которое первым нашла в темноте, и, чтобы не будить дедушку, открыла ставни и вылезла в окно. Красочное воспоминание о предыдущих таких вылазках и теплых руках фавна на моей талии больно ударило в сердце, заставив на миг задохнуться от тоски. Я обхватила себя руками и постаралась собраться, унять слезы. Эта боль когда-нибудь пройдет?
Под босыми ногами приминалась влажная трава и хрустели мелкие веточки. Меня несло в лес, но я не отдавала себе в этом отчета. Он манил меня, как единственное место, где я могу испытать что-то сродни успокоению. Слезы застилали глаза. Я не могла остановить поток мыслей и просто попыталась от него сбежать. Понеслась в чащу не разбирая дороги, не спрашивая себя, что делаю и зачем. Зачем платья, свадьба и жених? Зачем Джордж и каждый его влюбленный взгляд, не находящий во мне отклика? Я бежала все дальше, и вскоре тропа закончилась. Влетев в заросли папоротника, я подвернула ногу и упала на влажный мох. Боже, как больно, но не в ноге было дело — боль сердца разрывала меня на куски громкими рыданиями. Из-за них я не сразу услышала шаги ночного свидетеля моих страданий. Вкрадчивый шепот долетел до моих ушей и вызвал волну дрожи:
— Ну здравствуй, воительница!
Я вскинула заплаканные глаза и увидела Фреда. Сердце пропустило удар, а по позвоночнику пробежали иголки. Вдруг пришло осознание, что это конец. Конец страданиям, конец любви к Киро, конец мне. Уставившись на темный силуэт, я попыталась привстать, но ступила на ногу и вскрикнула: острая боль пронзила щиколотку и лишила надежды убежать.
— Ты ранена? — как будто волнуясь, спросил Фред и наклонился ближе, рассмотреть ногу.
Но я отползла и продолжила упрямо молчать. Хоть бы он сделал все быстро и безболезненно!
Парень цокнул языком, огорчаясь моей неуклюжести. Нет, не за меня он волнуется, а за себя. Видимо, собрался куда-то меня тащить и переживает, что я не смогу идти сама.
Луна вышла из-за облаков и осветила все вокруг. И его лицо. Оно заострилось и стало еще более хищным. Тени на скулах делали его похожим на призрака, а безумные глаза, что словно два бездонных колодца, холодили мое сердце необъяснимым ужасом.
Он отвел взгляд от моей ноги, присел рядом и с улыбкой сказал:
— Как хорошо, что ты пришла! Я уж думал, никак не выманить мне фавна!
Киро? А он тут при чем? Я судорожно пыталась разобраться в словах Фреда, но он решил не томить:
— Так и будешь молчать? Ну что ж, молчи! Твое появление как подарок. Признаться, я устал бегать от преследователей и попутно выманивать фавна. И тут ты, на блюдечке. Видно, сама судьба тебя привела ко мне! — Он рассмеялся, но улыбка не коснулась его глаз.
— Что ты хочешь, Фред? Убить меня? Так сделай уже это, и дело с концом! К чему эти разговоры? — выпалила я, отчаянно устав бояться. Все равно мне не вырваться в этот раз. Больше некому меня спасать.
— О, нет-нет, дорогая, ты будешь отличной приманкой для него, и он все-таки покажется! Но здесь мы ждать не станем, правда? Мы ведь не животные… — С этими словами он подхватил меня на руки и понес в глубь леса, попутно отмахиваясь от моих попыток ударить его. Реального вреда я причинить ему не могла, только раздразнила. Фред зашипел, когда я в очередной раз его укусила, но все так же молча перебросил меня на другое плечо и понес дальше. Стало более чем неудобно, к тому же в таком положении я точно ничего не могла ему сделать.
— Куда ты меня несешь? — зло зарычала я, ударив его по спине. Но для Фреда мои жалкие потуги были не более, чем поглаживания.
Он провел носом по моим ногам вверх и укусил за ягодицу.
Я вскрикнула:
— Не животные, говоришь?
На что парень лишь рассмеялся.
Спустя какое-то время, когда я устала вырываться, а голова заболела от перевернутого положения и тряски, Фред поставил меня на ноги около какой-то избы. Где это мы? Я оглянулась и снова попробовала опереться на ногу. Острая боль напомнила мне, что убежать я уже не смогу.
Фред заметил мои попытки и равнодушно сказал:
— Не пытайся даже, тебе не убежать! Сегодня ты будешь моя!
Он упивался моим страхом. Схватил за руку и поволок к дому, не обращая внимания на крики, будто они приносят ему удовольствие.
Парень затащил меня внутрь и толкнул на пол. Я с болью приподнялась и оглядела помещение: одна комната, стол, стул, очаг и кровать, не имеющие никаких особых удобств. Похоже на пристанище бездомного, что, скорее всего, так и было.
Сев на полу и подтянув под себя ноги, я исподлобья, с бессильной злобой, посмотрела на парня, который возвышался надо мной неподвижной горой. Чего он медлит?
— Значит, ты никуда не сбежал, а жил все время тут, пока тебя искали?
Фред дернул верхней губой, обнажая зубы, и в раздражении сел на стул, вклинив спинку между ног.
