Что ж, теперь, по крайней мере, понятно, где Грэг держал мать Ивэна. Несчастной женщине остаётся только посочувствовать.
Обойдя весь крохотный островок, на котором ютилось неказистое строение, и не найдя ничего интересного, волк, не медля, прыгнул на едва заметную тропу и отправился в обратный путь.
— Ивэн… — Есения чуть не плакала, наблюдая за тем, как ребенок ухватился руками за шерсть животного на широкой груди, сильно потянул за нее и встал. Волк же даже не подумал выказать недовольство, наоборот, — лизнул мальчика в щеку, вызвав новый виток смеха и радостного лопотания.
— Кошмар… Ивэн! — девушка не знала, что ей предпринять в этой ситуации, и нервно теребила край хлопковой рубашки, сидя на земле.
Мальчик же продолжал спокойно держаться за шею зверюги и тянуть его за шерсть. А волк, между тем, просто уселся, отчего Ивэн покачнулся, потеряв равновесие, и тогда животное подставило морду, поддерживая ребенка. Ивэн, не долго думая, схватился за волчье ухо и довольно сильно дёрнул, отчего бедный зверь взвизгнул, но даже не подумал хотя бы огрызнуться.
Есения, приоткрыв рот от удивления, смотрела на развернувшееся перед ней действие и недоумевала. Может, она ошиблась, и это какой-нибудь домашний волкособ? По телевизору недавно показывали питомник, где специально выводят помесь охотничьей лайки и дикого волка. Наверное, этот зверь как раз из такого питомника, а значит, рядом должен быть и хозяин.
— Эй… Малыш.. — Еся осторожно поднялась на ноги и сделала два неуверенных шага, приближаясь к Ивэну и зверю.
— Ма! Го, го! — мальчик довольно улыбнулся и даже захлопал в ладоши, выражая свой восторг.
— Хорошая собачка, — дрожащим голосом подтвердила Еся, а Ивэн оглянулся, посмотрел по сторонам, и неожиданно стукнул пса по лбу.
— Го! Го!
— Ивэн! Не бей его, ты что это придумал? Ползи ко мне скорее.
Мальчуган упрямо мотнул головой и ткнул псу пальцем в нос, отчего тот дернул мордой и громко чихнул.
— Ивэн, прекрати немедленно! Я сейчас не шучу! — Еся шипела и делала страшные глаза, потихоньку подбираясь ближе, пока, наконец, не дошла до мальчика, и, медленно, стараясь не делать резких движений, наклонилась и взяла его на руки.
— Го! — заверещал безобразник и протянул растопыренную пятерню к зверюге.
Пёс же неожиданно опрокинулся на спину, отчего Еся ойкнула и отпрыгнула в сторону, и начал весело крутиться и играть, пытаясь ухватить улыбающейся пастью собственную заднюю лапу. Накатавшись вволю, зверь перевернулся на живот и подполз к ногам испуганной Еси. Поднял уши торчком и заискивающе посмотрел снизу вверх, ещё и поскулил немного, давая понять, что зверь он мирный и воспитанный, и никаких плохих мыслей насчёт Еси и ребёнка не имеет.
— Ну надо же… Так ты и правда домашний?
Собака тут же села и попыталась тявкнуть, но получилось не очень. Зато улыбающаяся морда и вовсю метущий листву хвост показали — пёс очень дружелюбный и контактный.
— А где же твой хозяин? Ты потерялся?
Собака посмотрела так осмысленно-укоризненно, что Есе даже стало неудобно за свой вопрос.
— Не обижайся. Просто, был бы с тобой хозяин, он бы нам показал ближайший путь до дороги. А то мы всё идём и идём, а я даже не знаю, правильно ли.
Пёс оживлённо вскинулся, словно получил команду “Гулять”, и пошёл вперёд, не забывая оглядываться на Есю. Возле поваленного дерева остановился и вопросительно посмотрел: — “Чего, мол, застряла там?”
А Еся взяла, да и пошла следом. Почему-то появилась уверенность, что пёс не навредит и покажет правильную дорогу.
Так и шли они, периодически устраивая перекуры и отдыхая в подходящих местах. Одним из таких мест оказался пологий берег небольшой речушки. Ивэн, как только его спустили с рук на землю, сразу же пополз к воде, не реагируя на просьбы Есении держаться рядом. Пришлось и девушке топать следом за непоседой.
— Хорошо тебе, — всю дорогу верхом ехал. Отчего не поползать теперь, да? — ворчала Еся. — Да подожди ты! Дай хоть шорты сниму!
Ивэн подпрыгивал от нетерпения, так ему хотелось скорее оказаться в воде. А волкособ, оказавшийся замечательным нянькой и проводником, почему-то отвернулся и смотрел теперь на куст шиповника, в колючих ветвях которого затеяли шумную свару воробьи.
— Эй, как тебя?! Дружок? Шарик? Малыш? — Есения бродила босиком по мелководью, с наслаждением давая отдых уставшим ногам. Пёс на секунду повернул голову, бросил короткий взгляд на девушку и опять отвернулся. — Ну что же ты? Не хочешь искупаться? Жарко же…
— Го! Го! — заголосил Ивэн, и пёс, отчего-то горестно вздохнув, поплёлся, опустив голову, к плещущемуся ребёнку. Лёг рядом и позволил сорванцу окатить себя водой, чем Ивэн с восторгом и воспользовался, щедро поливая безответное животное. На Есению собака по-прежнему не смотрела.
В самый разгар веселья, собака, внезапно, подняла голову и тихо зарычала, обнажая два ряда белоснежных острых зубов. Смотрела она при этом в сторону леса. Ивэн сразу прекратил смеяться и запросился на руки к Есе.
