Младший принц королевства Вансланд Зак влюбился. Да вот незадача, девушка попалась серьезная и несговорчивая. Амелина Гисбах под венец совсем не стремится. Ее больше увлекают тайные знания и место в религиозном ордене. Как завоевать сердце такой, не выдав собственных чувств раньше времени? Непростые девушки требуют непростого подхода! Почему бы вместо цветов и комплиментов не предложить умнице разгадать старую тайну и спасти Отечество? Кто же знал, что надуманный предлог окажется не таким уж надуманным и обернется настолько опасными приключениями, что не до любовных признаний станет. В живых бы остаться! Хорошо, что рядом всегда верные друзья. Пусть немного ветреные и безбашенные, но в беде не бросят.
— Зак, не отставай, — маленький мальчик уверенно двигался вперед, волоча за собой товарища. Он старался не обращать внимания на темноту, космы свисающей со стен паутины и едва различимые крики за спиной.
Возможно, будь он просто ребенком, случайно оказавшимся в мрачном и темном проходе между толстыми стенами древнего замка, то вел бы себя иначе. Мохнолапые пауки размером с ладонь испугают любого. Но принц Королевства Вансланд Эдвард к своим девяти годам слишком хорошо знал, что в их случае цена нерасторопности — жизнь. Времени на детские страхи не осталось. За свой короткий век наследник престола пережил уже с десяток покушений, каждый раз спасаясь благодаря отваге преданных династии людей. Поэтому, когда наставница, леди Фламм, замерла посреди урока, прислушиваясь к шагам в коридоре, а после поспешно открыла потайной ход и затолкала туда Эдварда вместе со своим сыном Заком, велев бежать прочь, вопросов юный принц задавать не стал.
— Но как же… — причитал Зак, то и дело оглядываясь. — Там же…
Он всхлипывал и упирался, но пересилить Эдварда не мог. Зак был младше, а в таком возрасте разница в пару лет еще имеет значение.
— Потом Зак, все потом, — Эдвард резко перебил всхлипывания и с силой дернул друга за руку.
— Что значит потом?! — во взгляде Зака читался вызов. — Там… там мама! Моя мама! Мы не можем ее бросить.
Мальчик резко остановился и со злостью выдернул свою ладонь из цепких пальцев принца.
— А убегают… убегают только трусы!
Губы Зака задрожали, он силился не заплакать, но предательские слезы все равно катились по красным щекам, перепачканным копотью, пылью и обрывками паутины.
— Мы должны делать так, как сказала леди Аделина, — Эдвард опустил глаза. — Иначе все будет напрасно…
— Что будет напрасно? — беспокойно переспросил Зак, в очередной раз всхлипнув.
— Все… Пойдем. Надо идти… — принц снова взял друга за руку и потянул вглубь прохода.
Потом. Все будет потом. Ужасные вести, что леди Аделина, талантливая волшебница, была предательски убита заговорщиками, которых до последнего пыталась образумить. Что сердце ее мужа, лорда Драйка, остановилось вскоре после похорон любимой, и Зак остался круглым сиротой. Что в покушении участвовал первый советник, которому король Эрхарт доверял, как себе. Поиски пособников заговорщиков среди слуг и приближенных, допросы, казни — все будет потом.
Сейчас нужно просто бежать вперед и стараться не думать о том, что случится позднее. Спасать себя — единственного наследника престола, потому что на троне Вансланда может сидеть лишь потомок рода Эрдрайх. Спасать Зака, потому что друзей не бросают, а последней просьбой леди Аделины было позаботиться о благополучии ее сына.
— Проклятое отродье, обреченное нести лишь гибель!
Принц остановился и оглянулся по сторонам в поисках чужака, посмевшего произнести такое.
— Зак, ты это слышал?
Однако Зака рядом уже не было. Эдвард стоял совершенно один посреди темного коридора и, казалось, сами стены провозглашали:
— Ты погубишь каждого, кто осмелится идти за тобой. Монстр! Монстр! Монстр!
— Монстр! — вторило эхо сотней голосов, которые становились все громче и громче.
Монстр! Монстр! Монстр!
— Я не монстр! — закричал Эдвард, приложив ладони к ушам, чтобы не слышать несправедливых обвинений.
— Монстр! — перед принцем снова возник Зак. — Из-за тебя погибли мои мама и папа!
— Нет, Зак, я не хотел…
Мальчик попытался протянуть к другу руку, но тот, отступив на шаг, вновь произнес:
— Чудовище, ты погубишь Королевство!
— Нет… Я не чудовище! Я… я — человек! Человек!
Зажмурившись, Эдвард тряс головой, отгоняя от себя морок. Он — человек и никогда не допустит, чтобы монстр, которым его обрекли стать, вырвался наружу и причинил кому-то вред. Достаточно было смертей и разрушений! Он вернет в Королевство мир и покой, а после, если Проклятие сбудется, сам, добровольно, лишит себя жизни. Он не позволит пострадать кому-то еще.
— Я — человек, — снова произнес Эдвард. От криков в горле пересохло и безумно хотелось пить.
— Человек, человек. Только не кричи так, ради всех богов! — ответили ему из темноты. — Весь дворец всполошишь!
Словно по щелчку пальцев вспыхнул осветительный шар. Коридор исчез, сквозь раздернутый полог кровати стали проглядываться очертания спальни: резной письменный стол, украшенный позолотой, обитое бордовым бархатом кресло с высокой спинкой и мягкими подлокотниками, камин с тлеющими в нем угольками. Эдвард бросил ошалелый взгляд на свидетеля своей агонии и, узнав в рослом молодом мужчине Зака, облегченно вздохнул. Очередной кошмар, не более. С тех пор как двое мальчишек убегали по потайному ходу от преследователей, прошло больше восемнадцати лет, а события той страшной ночи до сих пор не отпускают, раз за разом всплывая в ужасных снах.
— Какого демона ты врываешься ко мне посреди ночи? — поинтересовался Эдвард, принимая из рук Зака заботливо протянутый стакан воды.