— Они пропали на лесной дороге, между Вальдзее и Фельдорфом. Как сквозь землю провалились…
— Фельдорф, говоришь? Хм… Сквозь землю? — оживленно поинтересовался Магистр. — Может и так, Мариус, может и так. Если мои догадки верны, то от двух главных проблем — дракона и мальчишки-некроманта — мы, возможно, избавились. Теперь нужно сконцентрироваться на главном.
— Принце?
— Эдвард — всего лишь инструмент, который нам надо заполучить, — неторопливо проговорил он. — Но это невозможно, пока поблизости отирается его охранитель. Нам надо подумать, как от него избавиться.
— Наблюдение с Этеров снять? — обдумать полученную информацию Мариус решил позже, в более спокойной обстановке.
— Ни в коем случае! Вариант, что наши друзья просто решили вспомнить молодость и насладиться красотами непроходимых чащоб мы исключать не будем. Это было бы в их духе. Поэтому, если вдруг они доберутся до конечной цели своего путешествия, там не должно остаться никаких следов. Ступайте.
— Слушаюсь, Магистр, — Мариус поклонился и вышел из комнаты, аккуратно прикрыв за собой дверь.
Лесная дорога петляла, становясь все уже, и все дальше уводила в самую глухую часть леса. Если поначалу путники могли спокойно ехать верхом, то через некоторое время им пришлось спешиться: ветви елей нависали так низко, что постоянно хлестали всадников по лицу. А под конец и пешим приходилось пригибаться. Лошади недовольно фыркали и смотрели на хозяев с укоризной.
— Лошадкам у нас не понравится, — Бертольф бросил испытывающий взгляд на Джерарда, который шел по дороге рядом с ним и настороженно зыркал по сторонам.
— Да кто бы сомневался, — тот с силой дернул за поводья упирающегося жеребца, рискуя нарушить довольно хрупкое перемирие.
Натаниэль вздохнул, закатив глаза. То, что Джерард не любил лошадей, не было секретом. Загнать некроманта в седло в свое время стало для компании настоящей проблемой. Да и лошади, если честно, отвечали ему взаимностью, с завидной регулярностью сбрасывая всадника. Джерард утверждал, что так было с самого детства. В деревне, где он какое-то время жил с родителями, самой большой доблестью среди мальчишек считалось заарканить жеребца побольше и без седла проскакать во весь опор до глубокого оврага на краю поля. Сорванцы младше, глупее и слабее его, проделывали трюк без особых усилий, Джерард же даже подойти к лошадям не мог. Те, почуяв неладное, начинали вставать на дыбы и ржать, как будто видели перед собой не человека. Тогда-то друг и уверовал, что все из-за некромантских сил, и не быть ему наездником. Но Натаниэль просветил его, что дело не в самой магии, а в страхе, который активирует особую защитную ауру, заметную для многих животных. В том числе лошадей. С тех пор Джерард, не желая прослыть трусом, мужественно, но без удовольствия боролся со своими страхами.
— Что же, у вас и знахарки нет? — громко поинтересовался Зак, стараясь разрядить обстановку.
— Нет, — развел руками Бертольф. — Когда-то бабушка Руби нам помогала, но она... умерла.
— Врет… — со вздохом прошептал Зак Натаниэлю.
— Врет, — согласился Натаниэль.
Они шли чуть позади и между собой разговаривали настолько тихо, что вряд ли спутники могли их слышать. Бертольф же напротив, пытаясь завоевать доверие прежде всего Амелины, старался, чтоб его слова были слышны всем.
— Нейт, он ведь не человек, — признался немного приунывший Зак. — Он пахнет, как… как-то странно.
Взгляд Натаниэля скользнул по буйной растительности, окружавшей их со всех сторон. Папоротники пропали, и к дракону вернулся его невероятно чувствительный нюх.
— Не человек.
— И когда ты понял? — глаза Зака удивленно расширились, а в голосе послышалось некоторое облегчение.
Натаниэль усмехнулся. Иногда он забывал, что в их милой компании только он и Кевин обладали академическими знаниями и необходимым опытом, чтобы подмечать детали, которые легко ускользали и от Зака, с его невероятными слухом и обонянием, и от Эдварда, и даже от Джерарда, который, хоть и знал много того, чему в Академии не учат, умудрялся упускать из виду вещи, понятные даже первокурснику. Интересно, сейчас догадался или еще нет?
— Почти сразу, — честно признался Натаниэль. — Люди так не двигаются. И лошади до его появления были спокойны, а потом заволновались. И, знаешь, мне кажется, что наш новый знакомый — не самая большая наша проблема.
— А что тогда? — Зак виновато потупил взор. — Думаешь… что-то угрожает Амелине? Что зря я все это с Этерами затеял? Нейт, я… я не знал…
— Не знаю, — честно признался Натаниэль. — Но, сойдя с дороги, мы избавились от какой-то опасности, я чувствую...