Истинно арийский попаданец [СИ, с иллюстрациями] полностью

Сан Антонио. Гостиница «У мамы Долорес».

Куратор, порученец самого товарища Сталина по особым вопросам, мадемуазель Лопес была крайне возмущена.

Нет, можно сказать, что она была даже в шоке.

ЕЁ, истинную испанку, какая-то недокормленная кореянка, метр с косичками, неопределенного возраста, воткнула мордой в затоптанный ковер, заломила руку и вежливо объяснила, что именно, при всем уважении к госпоже региональному координатору, она ей зашьет, если та еще раз распустит руки.

Да еще этот, сволочной песик подошел и, сочувственно повизгивая, лизнул в нос.

И за что!?

Ну, поймала ее за задницу, когда укладывались спать.

Тоже мне задница — с два кулачка и одни жилы.

Уродка!

Фригидный рыцарь плаща и кинжала!

Не была бы так полезна, сразу бы отправила ее назад в Россию.

Черт, как рука ноет!

Сволочная Ким; сволочные наркобароны; сволочное задание, от которого все больше и больше становится не по себе!

Нет, ну нужна же мне хоть какая-то нервная разрядка!

Все — надоело!

Скрытые звукозаписи достаточно определили круг участников этой святой камарильи. Надо брать одного из шестерок и потрошить, а потом приниматься за большеньких.

Уу! Легла и заснула, как будто ничего и не произошло!

…..

Ким расслаблено лежала на кровати и, медитируя, на грани сна и реальности, прокручивала в памяти ленту происшедших за неделю событий.

Что-то тревожное, за гранью восприятия не давало уснуть и требовало к себе внимания.

Конфликт с региональным координатором — ерунда.

Блажит женщина от перенапряжения. Послезавтра прилетим на базу ВМС, спустит пар и успокоится.

Что-то связанное с последними операциями, когда она устанавливала «жучки» в офисах «ассасинов».

Сами операции прошли вполне успешно. В некоторых офисах была сигнализация — но так, ерунда. Контактные датчики от воров на дверях и окнах.

Ну, еще и сторожа. Ну, это совсем ерунда.

А, вот в последнем офисе, что-то беспокоило.

Что-то было не вполне понятное.

Похожее ощущение было тогда, когда, в ходе тренировок по ночной работе, оказываешься под наблюдением снайпера или контролера с инфракрасной оптикой.

Он тебя четко видит, а ты его нет.

Вот именно — засада с ночной оптикой и она абсолютно бездарно в нее влетела!

Почему не попытались напасть!?

Значит, потом меня «вели», было сопровождение, которое я проглядела — плохо.

Тихо взвизгнул Юки.

Рука Ким осторожно опустилась к песику и сдвинула его под кровать, слегка прижав к полу, давая команду «лежать и не проявлять себя».

Ну, этого и следовало ожидать — не зря же вечером пытались накормить какой-то гадостью Юки. Нашли дурака — делать вид, что пёсик поел из этой тарелочки с цветочками, пришлось хозяйке.

Осторожно скрипнула дверь и кто-то, проверяя, сработала ли подложенная в собачий корм гадость, аккуратно поцарапал по косяку двери ногтями.

Длинные бархатистые уши чуть шевельнулись под кончиками пальцев хозяйки.

Две тихие тени, с легким сладковатым запахом хлороформа, скользнули в комнату, каждая к своей койке.

Дождавшись, когда бледное пятно лица наклонилось над ее койкой, Ким резко ударила сложенными пальцами левой руки около гортани и, обтекая просевшее на кровать тело, села на него верхом.

Хруст шейных позвонков и тоненькая тень метнулась ко второй кровати, отводя руку для удара.

Лопес проснулась от того, что шершавая ладонь зажала ей рот и, еле слышимый, голос соседки прошептал — Лежи и не двигайся … нападение.

Дождавшись, когда координатор подтверждающее сжала ее предплечье, Ким добавила — Около кровати один без сознания … заткни и свяжи … в коридоре, возможно, еще … я займусь.

К тому моменту, когда Лопес воткнула кляп, сделанный из подсобных предметов женского обихода, в рот своему кавалеру и стянула приготовленными им же веревками локти и коленные суставы, кореянка, в своей смешной, коротенькой, серой пижамке, пятясь задом, втащила из коридора в комнату тяжелое мужское тело.

Задумчиво посмотрев на Ким, которая споро паковала третью тушу, госпожа региональный координатор вытащила из тумбочки «ёки-токи» и нажала тангенту.

О, мой Джордж — глубоким, чувственным голосом произнесла она в микрофон — я так соскучилась по твоим рукам. Я с нетерпением жду тебя в своем номере утром, через четыре часа!

Выслушала ответ и, спрятав радиотелефон, начала сортировать хлам, вытряхнутый из карманов гостей.

Через десять минут, в дверь, отворенную на условный стук, проскользнули четыре фигуры.

Оценив ситуацию в комнате и посмотрев, сначала на «истинную испанку», гордо стоящую посредине номера в шикарной ночнушке, а, затем, на сопровождающую ее кореяночку, потерянно сидящую в обнимку со своим песиком на койке, старший группы поддержки восхищенно хмыкнул.

Куда мясо, госпожа куратор?

… Свежее — доставьте на явку; полностью подготовьте к допросу, по нулевому уровню, но без меня не начинать.

Вы уверены, что за гостиницей не было наружки?

Теперь да. Мы на подходе взяли еще двоих, сидевших в пикапчике.