- Ты неповоротлив. Хозяин! Почему остановился? Я не ответил, поняв что шутки брата моего вызваны страхом - ведь он сейчас переступает Великий Закон, табу, покушается на святая святых племени, на жуткую тайну, сокрытую веками. Скала лез тяжело, со стоном, на плечи мне сыпался щебень, кусками падал мох. Я останавливался, чтобы слушать. Было тихо, потом стал доноситься нежный шелест воды. На этот раз путь казался короче. Я так подумал (о том, что путь теперь короче), когда ноги мои коснулись дна. Мощный фонарь высветил тоннель насквозь, до самого карниза, откуда начинался лаз поуже. Я сразу обратил внимание на немаловажную деталь; тоннель пробивался когда-то (когда?) с помощью машины, потому что на ржавом камне явственно угадывался след мощного агрегата, напоминающий нарезку на стволе древней пушки. Здесь работали, похоже, шнеком с режущей головкой. Тоннель отсвечивал гладью металла, попадались кое-где извилистые прожилины белого цвета, они были словно молнии, застывшие на грозовом небе. В лицо бежал ветерок без запахов прели или запустения. Дышалось здесь легко, стоял покои вечности, нарушаемый лишь звуком сбегающей вниз воды. Я прислонился спиной к холодной глыбе, на которой нашел несколько дней назад девушку по имени Го.
- Голова!
- Слушаю?
- Чем занята наша гостья?
- Она спит. Разбудить?
- Не стоит, пожалуй... Ты следишь за мной, Голова?
- Да.
- И что ты скажешь об этом тоннеле?
- Он несомненно искусственного происхождения.
- Спасибо. Я пришел к такому же выводу.
- Будь осторожен, Ло.
- Попытаюсь. У меня все.
Скала лазал на четвереньках по вязкому мху и задевал головой мои ноги искал лук и копья. Я посветил ему, он быстро справился с задачей и, глупо улыбаясь, задавленный страхом, протянул мне оружие.
- Неси сам. У меня, видишь, мешок с едой и еще кое-что. А воевать я не собираюсь.
- Ладно, Хозяин! - вздохнул Скала с обидой. - Понесу.
- Холодно тебе будет здесь, однако, воин?
- Ничего, я потерплю.
- Терпи, коли назвался в попутчики. Я ведь не уговаривал тебя идти.
- Не уговаривал, верно. Но как я оставлю тебя одного?
- Спасибо, брат. Однако, пора нам и в путь. Мы двинулись вдоль русла едва заметного ручейка, вода которого при ярком и резком свете фонаря ртутно блестела. Ручеек вился и бежал в сторону карниза, где, как уже упоминалось, начинался лаз поуже. Значит, тоннель выбит не строго горизонтально, а с некоторым уклоном. Под ботинками хрустела галька. Скала плелся на цыпочках, то и дело падал на мою спину, спотыкаясь об острые камни. Мох с мелкими цветами кончился, кругом теперь было голо, пусто и мрачно. Вода звенела, как туго натянутая струна. Вода дребезжала заунывно. Я внимательно осматривал каждый метр пути над головой, под ногами, слева, справа, потому как был уверен, что где-то совсем недалеко есть дверь, что она откроется и впустит нас: ведь девушка Го сказала "отец ждет". Вот мы и пришли, встречайте нас.
ГЛАВА ШЕСТНАДЦАТАЯ
1
Мне недосуг останавливаться на подробностях, да я, если честно, и не замечал деталей - дух мой захватывало в предчувствии необычного приключения, и я торопился. Скала плелся за мной, приседая на больных пораненных ногах. И мы пришли.
Мы пришли к тому, кто ждал нас.
Это был гигантского роста старик с кожей лимонного цвета и гривой седых волос, ниспадавших до плеч, с желтыми глазами. Он был похож на нас, землян, если бы не желтые глаза, если бы не длинные уши, прижатые к черепу плотно, словно приклеенные. Если бы...
Впрочем, по порядку.
Старик сидел, закутанный в серый плед, и грел над огнем руки. Огонь горел в каменной нише. Комната, где сидел старик, была невеликих размеров, обшитая полосами светлого металла - пустая комната, освещенная нещедро. Ничего впечатляющего. Кресло, огонь, полутьма. Я мог бы в такой обстановке увидеть где-нибудь на Земле, например, своего дядю: он любил простоту и одиночество. Ему, наверное, так лучше думается.
- Здравствуйте, - сказал я.
Старец неторопливо разогнулся, убрал руки от огня, сложил их на животе, повернул к нам тяжелую свою голову и что-то сказал, вздохнув. Мой "лингвист" поморгал лампочкой и перевел без затруднений:
- Времени нам отмерено мало. Ты не торопился, мальчик.
- Я торопился.
- И ты здесь...
- Я здесь.
- У тебя ко мне много вопросов, не так ли?
- Да.
- Я о тебе знаю почти все, ты же обо мне - ничего,. потому любопытство твое справедливо, - его огромные кошачьи глаза обожгли меня, заглянули, кажется, в самую глубину моего существа. Брат Скала задышал часто, спятился мелкими шажками и привычно упрятался за мою спину. Я присел на металлическую скамейку у стены неприютной комнаты и вытянул ноги. Старик не приветствовал меня, не пригласил располагаться удобней, он опять повернулся к огню. Костерок в нише горел ровно, неплясая, лишь тени на стенах качались, рисовали неброскими красками всякие картины; джунгли на берегу реки, города и горы. Некоторое время я следил за игрой костра,. отраженного на стенах, и собирался с мыслями.
- Как вас зовут и откуда вы?
