Кардинал вздохнул. Слегка склонившись, коснулся пальцами груди трупа, вздрогнул, припал на колено и положил ладонь на лоб, обхватывая пальцами голову Лесли. Губы, и без того тонкие, сжались в ниточки, а нос собрался морщинами, брови сошлись на переносице. Он зашептал короткую молитву, повторяя ее раз за разом. Из-под ладони полилось густое желтое свечение.
— Дело дрянь, — выругался он, вскочив через минуту. — Надо поспешить!
— Что происходит? — герцог заинтересованно наблюдал за пресвитером.
— Скорее, что у вас есть? — не отвечая, произнес кардинал. — Монашенки? Глиняные тарелки, осиновые прутья? Кровь?
— Кровь точно есть! — Марк отошел к стене и поднял крышку скрытого погребка. — Тут у меня есть даже ледник. Но я предпочитаю кровь хранить, добавив в нее отвар из конского каштана. Так она всегда готова.
Герцог извлек из погреба небольшую емкость:
— Вот. Правда, свиная, но я читал, что вид существа не имеет значения. Надеюсь, достаточно? Прутьев прямо тут нет, но можно приказать принести…
— Нет, на это нет времени, — кардинал огляделся и, подхватив тело, потащил его на середину комнаты. — Монашенки?
— Что это? — герцог поставил кровь на стол и собрался помочь Грюону, но остановился в недоумении.
— Кадильные свечи, что в ходу в Княжестве. Есть они? — кардинал развернулся на каблуках и угрюмо посмотрел на герцога. — Ежели их нет…
— А, это есть, а вместо прутьев можно использовать мраморную крошку, ее у меня в достатке.
— С крошкой круг будет менее надежен, но времени нет. Совсем нет.
— А что происходит? — герцог рылся в своих сундуках, извлекая все необходимое.
— Дух его не обеспокоен, не напуган и не чувствует боли, — процедил Грюон, — он растерян и печален, но грусть эта иная. В ведьминой клети такого быть не может. Вы все нашли?
— Да, вот, — герцог указал на предметы на низком столике неподалеку. — Что теперь?
— Я разрушу заклинание, сдерживающее дух у тела, но не дам ему ступить в Нейтраль. Я закрою его в языческом круге Тарты. И ему придется говорить со мной.
— Святые угодники! — воскликнул Марк. — Но, если он вдруг уже на Стезе, проводник, что найдет его, разъярится…
— Пять мисок с водой надобно поставить вкруг тела, словно окончания звезды невидимой, — кардинал будто не услышал слов Марка, — меж ними рассыпать крошку. В центр мисок должно установить монашенки. Давайте же, побыстрее, надо успеть до прихода Т`Халора. Я расставлю миски, а вы займитесь свечами и запалите их, брат мой.
Герцог кивнул:
— Хм, и в самом деле, словно монашки!
Он усмехнулся, расставляя и поджигая длинной лучиной черные конусообразные свечи. Сразу запахло ладаном и лесными травами.
— Скорее, скорее, — торопил кардинал и споро рассыпал растертый почти в пыль мрамор, очерчивая область вокруг мертвеца.
Он почувствовал, что Нейтраль начала приходить в движение раньше положенного при подобных ритуалах, и это его волновало.
— Успеть бы, успеть бы. Если Лесли разрушил клеть, то он сгинет в долинах чистилища. А если чудом обретет Стезю, тогда Т`Халор прибудет раньше, он укроет дух и не даст говорить с ним, ежели тот сам не захочет. А он совершенно точно не захочет. Но, если я успею, проводник будет бессилен мне помешать.
— И обречете призванную в царство Живущих Выше душу на гибель? Это смертный грех!
— Ради высокого добра малое зло содеять потребно и не грешно, — процитировал Грюон. — Живущие Выше поймут меня и не станут карать, как не стали и за иное. А сейчас именно такой случай. Скорее!
— Свечи горят! Что дальше? — голос герцога дрогнул и надломился : волнение нарастало. — Но, может, тогда подождать проводника и поговорить, убедить?
— Нет. Этот дух не уговорить. Он верит в свою правоту, и ни один Аватар или Т`Халор не будет его заставлять! И этот грех я беру на себя, не впервой уж. А теперь отойдите и не вмешивайтесь, что бы ни происходило, — приказал кардинал.
Пресвитер заговорил на чужом языке, и его голос разлетался по помещению, оглушая. И герцог готов был поклясться, что это не молитва, а заклинание самой Нейтрали, простое по своей сути, но требующее знаний и невероятного умения в Истинной Силе.
И внезапно стало очень тихо. Голоса, разливавшиеся по зале, вдруг утонули в киселе безмолвия.
— Что-то не так, — воскликнул шепотом Грюон.
И хотя герцог не слышал этих слов из-за давящей тишины, он прочел это на лице обернувшегося к нему кардинала:
— Что-то не так!