26-2.
26.
Призрак, впервые входя в гробницу, ощущал неподдельный ужас. Большое помещение с каменными стенами и низким потолком не было освещено. Даже свечи кардинал не позволил ему взять с собой. Сказал лишь, что он, Призрак, и без того хорошо видит в темноте, а сейчас, с короной, так и вовсе сможет видеть ночью, как днем. Кардинал оказался прав с той лишь разницей, что цвета оказались тусклыми, словно в серой дымке, и Призрак видел все во всех подробностях. Ряд мертвеней, поднятых Аббуком, был выстроен вдоль дальней стены. Когда дверь за вошедшим закрылась, они одновременно обернулись и посмотрели на него. О нет, их глазницы не оказались пустыми черными впадинами, как думал брат Хэйл. В них горели фиолетовые огни. Цвет черных заклинаний. И во всем помещении распространялся запах сырости и плесени, сладковатый и едкий. А по сырым стенам пробегали капельки воды. Время от времени раздавалось «кап», когда капелька срывалась с выступающего камня и разбивалась о земляной пол. И в полной тишине это звучало, словно с высокой горы ухнул о дно ущелья громадный бурдюк с жидкостью.
Мертвени приветствовали хранителя серебряной короны без единого движения. Но в голове брата Хэйла закружился вихрь.
«Хранитель короны! Говори, что делать. Мы служим тебе. Веди нас. Наши мечи верны тебе. Мы… Ты… Вместе… Смерть… Вернемся… Необходимо… Некромант… Наша дорога…», — бесконечный поток переплетающихся фраз и слов. Призрак с трудом вспомнил, чему его учил кардинал, и громадным усилием воли подавил желание скрыться за дверью. Выдохнул и как можно более властно мысленно произнес:
— Молчать! Говорить, когда я позволю.
Шум мгновенно утих. Мертвени немо взирали на Призрака.
— Так лучше. Знаете ли вы, воины мои, куда Король наш желает направить нас?
Снова многоголосая какофония ворвалась под череп Призрака, как стая оголтелых птиц.
— Молчать! — брат Хэйл почувствовал удивление.
Он не только слышал, но просто ощущал мысли мертвеней всем своим существом.
— Говорить по одному, кому прикажу. Это ясно?
Молчаливые и невидимые кивки.
— Чудно. Ты, говори, — Призрак указал на ближайшего мертвеня в синем сюрко и с эспадоном.
В какой-то момент ему показалось, что это именно тот мертвень, что когда-то сопровождал Аббука. Сейчас он качнет блестящим шлемом и во всеуслышание заявит, что видел этого человека ранее.
— Да, нам известно это, Хранитель короны. Путь наш лежит в Голлаур. Ежели мы потеряем связь с короной, тогда велено самостоятельно, скрытно передвигаясь ночами и не возбуждая подозрений, по возможности двигаться на юг.
— Интересно, как бы это у вас вышло? — подумал Призрак и осадил себя: в голове раздался удивленный гул. — Воины, я не сомневаюсь, что вы храбры и держите слово. Однако должен вас упредить, что живые, которые населяют эти края, хоть и кажутся слабыми, легко справятся с нами числом, ежели опознают. Без должной помощи от колдуна долго мы не продержимся. И пусть каждый из нас в бою стоит сотни смертных, в итоге нас одолеют.
— Ересь, — заскрипел голос мертвеня. — Хранитель не должен сомневаться…
— Молчать, падаль! — взвился Призрак вслух. — Как смеешь ты сомневаться! Как смеете вы все сомневаться!
Он почувствовал, что голоса в голове поддерживают товарища.
— Или вы забыли, кто такие пресвитеры? Забыли, что смертные могут обратиться за помощью к своим богам, чьих сил даже вы, возвращенные некромантией, не в состоянии постичь? Или все же вспомните? Кто-то из вас вспомнит, кто такой пресвитер?
Молчание. Призрак улыбнулся.
— Кто хочет сказать, пусть шагнет вперед.
Больше половины сделали шаг.
— Ты, — Призрак указал на другого мертвеня.
— Мы помним. Черный маг предупредил нас, что служители церквей, коих нарекают пресвитерами, в состоянии причинить нам сильный вред. Наверное, потому он и говорил, что мы должны идти ночью, коли останемся одни. Прости, мы…
— Все еще вспоминаете. Я понимаю, — Призрак шагнул вперед. — Я такой же, как и вы, но колдун, что будет сопровождать нас, вернул меня. И корона мне принадлежит по праву.
— Мы это знаем, Хранитель короны. Будь это не так, ты был бы уже мертв, — одинокий голос был поддержан одобрительным гулом. — Нас сопроводит тот самый некромант, что передал тебе корону?
— Да. Он подчинятся мне.