Истлевшие руины полностью

Ариен притянул меня, дрожащую от холода его тела. Наши глаза были близки, как никогда раньше. Он словно захватил мою душу в плен своих глаз, в которых скрывалась ночь. Я зажмурилась.

Он тряхнул мою руку, словно хотел, чтобы я открыла глаза, и сжал ее еще сильнее. Я сделала то, что он хотел, и с трудом приоткрыла глаза.

В уголках губ Ариена притаился дьявол, поэтому от его улыбки стыла кровь в жилах. В тот момент, когда меня пленила опасность его сияющих под ресницами глаз, он одним движением столкнул мое бессильное тело в озеро.

Озеро закипело.

Заблестела луна.

Подул ветер.

Вода вышла из берегов.

Мое слабое тело уходило на дно, и я снова потеряла сознание.

Я проснулась.

Проснулась в холодном поту. Отбросив назад волосы, прилипшие к лицу, я скинула с себя одеяло и выпрямилась.

Я дышала тяжело и быстро, и все равно мне словно не хватало воздуха. Меня трясло, и я не могла успокоить свое тело, справиться с этими судорогами. Мой мозг все никак не мог осознать произошедшее.

Не знаю, когда я заснула, но ни один мой кошмар еще не был таким правдоподобным. Настолько, что рука в том месте, где меня схватил Ариен, до сих пор сильно болела.

Я забеспокоилась и осмотрела комнату. Из-под штор сочился свет, значит, было уже утро. Однако внутри до сих пор стоял непроглядный мрак. Когда-то я купила специальные шторы блэкаут, чтобы не просыпаться с первыми лучами солнца.

Смотря в пустоту, я погрузилась в свои думы. При мысли об Ариене я стиснула зубы: стоило бы догадаться, что, даже покинув комнату, он не будет давать мне спать всю ночь, будет мучить своими ужасами. Кошмарный засранец!

Я не знала, хотел ли он что-то мне рассказать или просто помучить, но мне было очень интересно получить ответ.

Вопрос озадачивал, но я лишь пожала плечами.

Свесив ноги с кровати, я пролежала так еще некоторое время, потому что у меня кружилась голова. От частого сердцебиения мой живот скрутило, боль была настолько сильная, что я не могла ни о чем думать.

Вставая, я потерла виски кончиками пальцев. Боль немного стихла, мне стало лучше.

Судя по солнцу за окном, я проснулась намного раньше будильника. Я верила, что смогу придумать, как спрятать Ариена до прихода Эрина с Герой.

Охнув, я пошла в ванную. После ночного кошмара я чувствовала потребность хорошенько умыться.

Я забыла почти все, что во сне говорило отражение. Из всей его болтовни я смогла запомнить всего несколько предложений.

Пока я сидела в туалете, решила напрячь память и воспроизвести все услышанное во сне.

«Истлевшая тайна в сердце империи найдет тебя.

Те, кто украл твое отражение, найдут тебя.

Мир ищет тебя.

Когда тебя заточат в зеркало, повинуйся ему.

Когда миры разделились, проклятие захватило мир.

Истлевшие сердца противятся истине».

Что все это значило?

Я закрыла глаза и откинула голову назад, словно моля о терпении. Еще чуть-чуть – и я сойду с ума, надо прогнать все эти мысли. Хотя бы в первые минуты нового дня, еще не придя в себя, я не хотела напрягаться и думать обо всем этом.

Уже свыкшись с тем, что отражения в зеркале нет, я умыла лицо и вышла из ванной. Раньше я бы еще повалялась в кровати, но сейчас все было другим: и я сама, и моя жизнь. Поэтому я сразу пошла на нижний этаж.

Я медленно спускалась по лестнице, когда снизу раздался громкий звук. Я вздрогнула. Хоть я и проснулась намного раньше того времени, когда мог прийти Эрин, но кто ж его знает? Он мог явиться и раньше. А вдруг он уже тут и смотрит сейчас в гостиной на Ариена?

С этой мучившей меня мыслью я остановилась на последней ступеньке. Мне было страшно оттого, что предстанет передо мной. Дрожащей рукой я ухватилась за перила и простояла так некоторое время.

Я подошла к двери в гостиную и заглянула внутрь. Не увидев ничего страшного, я испытала облегчение.

Дома не было никого, кроме Ариена, который рассматривал всякие безделушки на полке. В руке он держал утенка, любимую игрушку Геры. Я, конечно, не могла сказать Ариену, что во время игры с этим утенком Гера его очень сильно слюнявил. Судя по выражению лица Ариена, он пытался понять, что же у него в руках и зачем оно нужно.

Я тихо прошла в гостиную и не придумал ничего лучше, чем сказать:

– Доброе утро!