– Знаю, мы уже близко и поэтому не можем позволить себе рисковать. Окончательный день уже известен?
– Нет. Филипп считает, что все готово будет к середине недели.
– Хорошо, – выговорил Керн, стоя у дверей оперативного штаба. – Я постараюсь затормозить, насколько смогу, здешние дела. Думаю, неделю продержусь без проблем.
– Уж постарайся, чтобы сложностей не возникло, – посоветовал Джейкобс.
– Для начала давайте поговорим о клочке ткани, который вы попросили переслать в другую лабораторию нашей фирмы, в Пасадену, – заговорил доктор Коннор. – Природу материала оказалось невозможно определить. Это некое весьма продвинутое подобие шелка, по отношению толщины нити к прочности близкое к паутине. И теплопроводимость уникальна, хотя образец слишком мал для того, чтобы мои коллеги смогли провести полноценное тестирование.
– Они раньше встречали похожее? – спросил Адамс.
– Нет, – тут же заверил Коннор. – Никогда. Подумали, что имеют дело с продвинутой военной технологией. Известно ведь, что при поддержке Министерства обороны исследуются синтетические материалы, подобные паутине. Но результаты тестов показали, что наши военные здесь точно ни при чем.
– Радиоуглеродный анализ? – уточнила Линн.
– Совершенно верно, – подтвердил Коннор и умолк.
– И что? – поторопил Адамс.
– Мы повторили анализ трижды, причем независимо, – сообщил Коннор, прокашлявшись. – Результат, с которым согласились все участвовавшие в исследовании: сорок с половиной тысяч лет до нашей эры. Иными словами, клочку ткани сорок две с половиной тысячи лет.
Адамс и Линн переглянулись. Выходит, быстрая оценка Девэйна, основанная на возрасте льда, оказалась практически точной. С предположением о неправильной датировке покончено, тело попало в лед очень давно, как и найденные с ним предметы и удивительная техника.
– Что показал анализ ДНК? – занервничала Линн.
– Мы провели обычные тесты, – начал Коннор, очевидно до сих пор обескураженный радиоуглеродной датировкой, – включая различные версии тандемных повторов, в особенности коротких тандемных повторов, использовали полимеразную цепную реакцию и исследование полиморфизма уникальных событий…
Линн кивала, Адамс боролся с раздражением. Для следопыта по прозвищу Свободный Медведь описание непонятных методов не важно – скорее бы результат!
– Удалось установить, что образец принадлежит мужчине, возраст приблизительно сорок лет, голубые глаза, блондин. Никаких признаков патологии, субъект, по-видимому, был здоров и весьма крепок физически.
Линн посмотрела на ученого пристально, с нетерпением:
– Доктор Коннор, давайте о самом главном. Образец принадлежит человеку?
Оба гостя подались вперед, сидя на краешках кресел, напряженно ожидая ответа, и тут за спиной грохнула распахнутая дверь.
– Молчать! – рявкнул вошедший.
Бывшие супруги повернулись и увидели большого свирепого мужчину, а слева и справа от него – по трое вооруженных оперативников, тут же взявших на мушку всех находящихся в офисе. Адамс узнал Элдриджа, начальника охраны поместья Стивена Джейкобса. В руке военного был пистолет с глушителем, направленный в сторону доктора Коннора.
Адамс и Линн пошевелиться не успели, а на каждого уже уставились по три автоматных ствола.
– Ты? – воскликнула в удивлении Линн, опознавшая «майора Дэйли» из «инженерного корпуса». – Ублюдок! Ах ты…
Прежде чем она закончила предложение, раздался тихий хлопок – и затылок врача внезапно взорвался. Задняя стенка черепа и мозг шлепнулись о стену офиса, вышибленные выстрелом Элдриджа. Во лбу осталось лишь небольшое входное отверстие. Пару мгновений тело доктора еще держалось вертикально, будто подвешенная на ниточках марионетка, в глазах за тонкими стеклами очков застыло удивление. Затем он согнулся пополам, окровавленная голова ударилась о стеклянный стол.
Линн оцепенела от ужаса, а Мэтт отреагировал с обычным проворством. Пользуясь тем, что звук удара отвлек внимание, Адамс чуть наклонился, сунул руку за пояс и потянулся за пистолетом. Но вымуштрованный боец Элдриджа был наготове, и в затылок Адамса врезался приклад.
Перед глазами в буквальном смысле заплясали звезды, от боли и сотрясения закружилась голова. Адамс рухнул на ковер, скорее чувствуя, чем видя, как другой оперативник вытаскивает из-за пояса так и не пригодившийся «глок». Мэтт застонал, стараясь сосредоточиться и не потерять сознание.
Линн склонилась над ним, но ее толчком вернули на место, добавив оплеуху, от которой в голове зазвенело.
Мэтт тут же пришел в себя, вскочил, чтобы защитить Линн, но его снова прижали к полу. Вдавив лицом в ковер, рывком завернули руки за спину и сцепили запястья пластиковыми наручниками.
Оцарапав щеку о ковровое покрытие, он повернул голову и увидел, как Линн, чьи руки тоже сцепили за спиной, стаскивают с кресла.
Бывших супругов поставили на ноги, прижали к столу, уткнув в лицо автоматные стволы.
– А, доктор Эдвардс! – сказал Элдридж насмешливо, похлопал в ладоши. – Еще живы, надо же. Поздравляю! Мое почтение, вы и в самом деле необыкновенны.
– Убийца! Гнусный ублюдок! – вскричала Линн.
В ответ Элдридж лишь ухмыльнулся:
