– Нет-нет, – поспешил заверить меня Создатель. – Я оставлю и метку, и татуировку. Это в моих силах. Но… как бы так помягче сказать…
– Да говорите уже прямо, – махнула я рукой, – в какую лужу посадили.
– Процесс отторжения очень…болезненный.
И Создатель отошел подальше, опасливо косясь на меня. Боится моей истерики? Да ладно? Я хмыкнула.
– Очень?
– Да. И я тут ничего не могу сделать. – Он вздохнул. – Но Свон учится на зельевара, я внушил ему несколько рецептов обезболивающих зелий, они почти готовы, ещё несколько минут. Я не могу больше удерживать твое сознание, прости. Тебе придется испытать всю «прелесть» приобщения к роду Сторм. Правда недолго, – выставил вперед ладони, – несколько минут. Потом Свон даст тебе зелья и полегчает.
– Скажите, Март – он…
– Он будет о тебе заботиться, также как и Свон. Можешь им верить.
– И на том спасибо.
Я помолчала, накручивая локон на палец.
– У тебя очень красивые волосы, – тихо сказал Создатель.
– Скажите, а как там… Керригард, – выдавила из себя.
– Вам не надо встречаться, он принадлежит этому миру, а ты…Вы не можете быть вместе, – Создатель развел руками.
– А он уже нашел свою пару? – мое сердце так и замерло в ожидании. Что я хотела услышать? Что он один или счастлив в браке? Я, конечно, желала ему счастья. И, да, я понимала, что мы не можем быть вместе, но сердцу ведь не прикажешь. Но в той жизни сам Создатель нас поженил. А теперь как же? Почему мы не можем быть вместе?
– Нет, ПОКА нет, – мне больно было слышать слово «пока». Но и на том спасибо. Хоть какая-то весточка.
– Всё, время прошло. Просыпайся… – прошелестело мне в ухо, и Создатель вместе с туманом сжался в точку, которая взорвалась в моем мозгу резкой, обжигающей болью. Я как будто опять заживо сгорала. Крик вырвался непроизвольно. Не готова была я терпеть. Через несколько секунд я почувствовала руки Марта на своем теле и присутствие Свона. Они что-то говорили, но пелена липкой боли заполнила и уши и глаза, я ничего не видела, я горела и слышала только обрывки фраз и то, как через стену. Боль скручивала и полосовала острой бритвой все тело. Не могу больше терпеть. И я закричала снова. В рот стали вливать ужасно вонючую и горькую жидкость, аж дыхание сперло. Закашлялась. Следом залили мятную прохладу, сразу стало легче, боль неохотно отступала, отступала и, наконец, от неё остались только покалывания и легкий жар. Ну, это терпеть уже можно. Я расслабилась и заснула.
Проснулась с ощущением бракосочетания с мясорубкой. Все тело ломило, губы потрескались от жара. Но в целом бывало и хуже. Повернула голову и увидела Марта. Он дремал в кресле. В комнате царил предрассветный полумрак. Рядом, прислонившись к стене, прямо на полу спал Свон. У меня по душе пробежались теплые мурашки. В принципе, Свон не такой уж и подлец. Просто никак не может обуздать свой юношеский максимализм. «Хочу всё и сразу». Видно было, что он переживал. Вон на лбу пролегла хмурая складка и под глазами залегли темные круги. Ладно, прощу его, чего уж там. Теперь мы одна семья. Только вот со своим статусом надо определиться.
Стоило мне немного пошевелиться, как оба арса подскочили.
– Как ты, родная? – Март заботливо убрал волосы с моего лба и поцеловал. – Лоб холодный, температура спала.
А меня смех разобрал – «лоб холодный, нос мокрый – диагноз – здорова»!
– О, смеётся, значит пошла на поправку, – проворчал Свон, стоя на коленях и гладя мои ноги под простыней.
– Обещаю больше сегодня не умирать, – торжественно провозгласила я. – Дайте попить.
Свон испарился и через пару минут перед глазами сверкал стакан с шипучим напитком.
– Пей! Не бойся, я сам делал! – Свон пытался меня напоить.
– Братец у меня студент-зельевар, отличник! – вставил Март и приподнял меня за плечи.
От касания его руки к моей обнаженной спине стало неловко.
– Я знаю, – вырвалось у меня. Зря я это ляпнула. Свон не обратил внимания, а вот Март прищурился. Чувствую, разговор у нас предстоит тяжелый и прямо сейчас.
Свон влил в меня целый стакан шипучки. Это оказалось действительно чудесным восстанавливающим. В голове прояснилось даже возник небольшой прилив сил.
– Свон – ты волшебник! – с улыбкой поблагодарила парня.
Он поцеловал мне руку.
– Через час ещё принесу. К вечеру будешь как новенькая.
– А почему тогда вы лекаря вызывали, когда с ногой у меня проблемы были? – мне стало интересно. Свон – зельевар, мог бы и сам мне тогда помочь.
– Я только учусь, зелья я знаю, а вот определять болезни ещё не научился, – он явно смутился.
Март положил меня обратно на подушку и повернулся к брату.
– Спасибо, иди отдохни. Нам с моей НЕВЕСТОЙ поговорить нужно.
– Если что – я за дверью, – это Свон меня успокаивал.
– Не волнуйся, всё будет хорошо, – пообещала я. – Не съест же он собственную НЕВЕСТУ, – вот не хотела язвить, а все равно вырвалось.
Когда за Своном закрылась дверь, Март мягко, по-кошачьи, сел ко мне на кровать и осторожно взял за руку и вкрадчиво спросил:
– Откуда ты знаешь, что Свон учиться на зельевара? Мы не обсуждали это.
Я помолчала и ответила вопросом.
