– Смотри! – я выставила вперед плечо, на котором поблескивало крылышко. – Благословление Хельги не сгорело! И брачная татушка! – продемонстрировала запястье. – Все на месте! Я, если честно, боялась, что воскресну без всяких меток и придется начинать все сначала. Даже Создателя просила оставить все. Но оно само.
– Создателя? – переспросил муж. – Ты разговаривала с Создателем нашего мира?
– Блин, Март! Да что с тобой? – я не узнавала своего Марта. Хотя – да, он же говорил, что многое вылетело из головы. Я нежно прикоснулась к губам мужа и в ответ получила целый ураган. Целовал Март горячо и так восхитительно, что я потерялась во времени. Кожа покрылась предательскими мурашками, в животе заворочался клубок огня, ища выход.
Не заметила, как меня положили на кровать и подмяли под могучее обнаженное мужское тело ( и когда успел избавиться от одежды?). Между ног разгорался пожар, я выгнулась навстречу обезумевшим ласкам мужа, изнывая от желания и жажды близости. Март с необъяснимым голодом пил меня, доводя до крайней точки наслаждения жаркими поцелуями и ласкающим языком. Он побывал везде, во всех потаенных местах, и даже там, где я не подозревала, что там может быть так космически улетно. Я раскрылась полностью, постанывая от нетерпения.
– Ма-арт, – выдохнула в очередной раз ему в губы, - – не мучай меня! Давай уже!
Муж с гортанным рыком навис надо мной, упираясь на локти и прожег синим взглядом.
– Я так люблю тебя, малышка!
Стоп. СИНИМ? В одно мгновенье я рухнула с небес на землю и попыталась освободиться от плена разгоряченного мужского тела.
– Март?
Но он не слышал меня в пылу страсти и жадно овладел.
***
Излившись, мой муж со счастливым стоном перекатился на бок, и я вновь оказалась в плену. Он оплел меня руками и ногами с таким чувством, как будто ЭТО у нас было в последний раз.
– Ты божественна, родная, – хрипло признался Март и взял мои губы в очередной плен. – Никогда не откажусь от тебя! – прорычал он в перерыве.
И все повторилось вновь. Закравшееся чувство ирреальности я прогнала – ведь на мне благословление Хельги, кроме мужа никто не может слиться с моим телом. Это маленькое серебряное крылышко успокоило мою душу и вознесло в космос уже в который раз.
– Да! Родная! Да! – хрипел муж, неистово вколачиваясь и впиваясь в шею.
В очередной раз рассыпавшись искрами блаженства, я тряпочкой лежала на смятой постели и позволяла Марту соло.
– Боги! Какая ты вкусная! – прошептал муж, уже нежно целуя мою грудь.
После нашего безумства вся постель представляла собой гору мокрых тряпок. Насытившись – надолго ли? – Март встал с постели и подхватил меня на руки.
– А теперь – в душ, любимая, ты вся мокренькая.
Он с легкостью донес до душа и включил воду. Я такого явного обожания в глазах мужчины давно не видела. Март не позволил мне вымыться самой и теперь его руки ласково смывали с кожи следы наших космических путешествий. Но как только он спустился к развилке ног, желание опять затрясло его тело.
– Прости, родная, но это выше моих сил, – просипел он и…
Да-да, опять все повторилось. На этот раз в душе. Сопротивляться не было сил, да и нужно ли? Муж сильней меня, да и то обожание с каким он на меня смотрел, подкупало и я разрешила ему всё. Узнала много интересного. Короче, из душа Март меня вынес – обессиленную, но чистую. После «марафона» он все-таки добросовестно выполнил свою изначальную задачу – выкупал нас обоих.
Лежа на чистой, вновь застеленной постели – надо же, Март сам застелил, пока я на диване в себя приходила, – мне в голову стучались 2 мысли: 1 – почему муж не на работе и 2 – когда мы будем есть. Надо сказать, что вторая мысля заглушала первую. И так настойчиво, требовательно, что решилась подать голос.
– Ма-а-арт! – протянула я и перевернулась на бок. – А мы кушать когда будем?
Муж нежно заправил влажные пряди за ушко и поцеловал это ушко.
– Я рад, что у тебя аппетит проснулся. Сейчас схожу на кухню, принесу чего-нибудь пожевать.
Он встал, быстро оделся и вышел. Я сползла на пол. Между ног саднило. Завернувшись в свой халат, медленно направилась в гостиную, где стоял столик. Можно было бы и в спальне остаться, но хотелось спокойно поесть. Чуйка подсказывала мне, что принятие пищи в голом виде распалит мужа ещё больше.
– Мэт?
В гостиной на ковре развалился спик. Он приветственно бахнул хвостом и невозмутимо продолжил лежать.
– Ты что здесь делаешь? А где твой хозяин?
Я присела, поморщившись – нет, на сегодня марафон закончен, всё, я сошла с дистанции! – и потрепала собакена по лобастой голове. Мэт лизнул в ответ мне нос и демонстративно подставил пушистое брюхо.
– Ах ты, лохматик, не балует тебя хозяин?
В гостиную вернулся Март. В руках он держал поднос с кастрюльками. По комнате распространился сногсшибательный аромат. Пес заинтересованно поднял голову и зашевелил ноздрями. О как! В моей команде прибыло! Похоже в лице, вернее, в морде Мэта я нашла преданного сотрапезника.
– Ты не против поесть с такой посуды? Я боялся перебить все тарелки, пока нес бы, – оправдывался муж.
