Что там они про обручение говорили? Обручиться это же не замуж выйти. А когда приедем на границу, я все Марту и расскажу. А там, глядишь и Создатель объявится и пояснит мне что к чему. Для чего-то же я возродилась. И так на душе кошки заскребли! Где мой демон? Помнит ли он меня? Или уверен, что меня уже нет?
Лекарь подозрительно на меня покосился.
– Ладно, скажу, что переволновалась. Пусть не беспокоят. Пилюли успокаивающие оставлю.
– Спасибо! – искренне поблагодарила я его.
Лекарь вышел, а через некоторое время ко мне заявились все арсы, кроме девочек.
Март тут же встал около моей кровати и взял за руку.
– Всё хорошо? – с беспокойством заглянул мне в глаза.
Я ободряюще улыбнулась.
– Мы рады, что все так удачно обошлось, – прокашлявшись выдал Левисвил. – Я думаю, всем нам надо отдохнуть. А завтра с утра и подумаем.
Он многозначительно посмотрел на старшего сына.
– Отдыхайте, – с умилением глядя на нас пожелала Неона. – Найда вам ужин сюда принесет. И да, Неждана, выпей пилюли. Доктор оставил.
Найда подала мне стакан с водой и кулечек с таблеткой.
Я на автомате сунула таблетку в рот и запила водой. Вкус у воды мне показался странным. Может, просто почудилось?
Родители удалились. Следом за ними и Свон. А Март остался.
– Я у тебя переночую, – заявил мне арс.
Что-о-о-о? На это я не рассчитывала! На фиг, на фиг! Ночное присутствие арса мне как-то не улыбается.
– Да не трясись ты так, – усмехнулся Март, – не трону я тебя. Пока сама не захочешь.
Что-то мне это напоминает. Де жа вю. Воспоминание о ночи с демоном отозвались болью в сердце. Март заметил перемену в моем настроении, но ничего не сказал. Только лег рядом, обнял и прижал к себе. Так мы лежали довольно долго, каждый думая о своем. За окном вечерело. Застрекотали цикадки, в воздухе разлился аромат ночных фиалок, издалека слышался веселый смех молодежи и легкая музыка.
Март поцеловал меня в макушку и встал.
– Пойду разомнусь немного. Вернусь часа через 2. И ужин сам принесу. Отдыхай пока.
Аккуратно закрыл дверь. Я прислушалась – шаги удалялись.
Так. У меня есть 2 часа. Нужно попробовать свои крылья. Соскочив с кровати, я скинула одежду и позвала свою магию оборота. Она отозвалась ярким всплеском вязи и тихим шелестом крыльев. Слегка качнула ими – дискомфорта в мышцах спины не испытывала. Но это еще не значило, что силы хватит, чтобы поднять мой вес. Летала я, как выяснилось, последний раз полгода назад. Я оглядела себя – вязь явно проступала на ногах до середины бедер, руки, грудь и живот покрывали золотые кружева. На небе уже взошло ночное светило и в его свете татушки сверкали, отливая серебром. С кончиков белоснежных перьев срывались золотисто-серебристые капельки. Никогда не думала, что золото может переливаться с серебром. Я встала напротив окна, с наслаждением распахнула крылья и вдохнула свежий воздух.
– Неждана! – дверь распахнулась. – Я забыл….Твою ж ма-а-а-ть…
Это ввалился Март. Я с ужасом поняла, что стою совершенно обнаженная и сверкаю попой и татуировками. Закрылась крыльями и медленно повернулась.
– Крылатая…– выдохнул арс и также медленно подошел ко мне.
Он с жадностью рассматривал мое лицо, крылья, а золотистые капли света продолжали стекать с перьев.
– У тебя вязь на лице проявилась, – прошептал он и провел пальцами по щеке, опускаясь по шее к груди. Мне стало щекотно и крылья непроизвольно распахнулись.
Март восторженно охнул и в тот же миг обхватил меня руками и прильнул к губам. Вырываться я не стала. Куда мне против железных объятий? И не пожалела, так как в следующий миг раздалось:
– Молодежь, у вас дверь…открыта…– с усилием закончил фразу Левисвил.
Картина маслом. Я голяком целуюсь с его сыном, прикрывая нас огромными крыльями, а он обхватил меня своими лапищами и так прижал, что дышать стало нечем.
Левисвил вышел, деликатно закрыв за собой эту самую злополучную дверь. Нет, ну где была моя голова, я что, не могла додуматься, что закрыться надо? Что теперь делать!?
А Март хорошо целуется…Его руки нежно перебирали перья на моей спине, а губы с жадностью путешествовали по щекам, шее, спускаясь все ниже и ниже, заставляя покрываться мое тело мурашками. Он как будто пробовал меня на вкус, касаясь языком кожи. Когда он дошел до груди я не выдержала:
– Март! – хрипло сорвалось с языка.
Арс в одно мгновение схватил меня на руки и переместил на кровать. Навис сверху, сверкая огненными глазами. И продолжилась пытка поцелуями. Мое тело перецеловали и облизали вдоль и поперек. Сознание не выдержало такого напора и позорно сбежало.
Очнулась я утром. Ожидаемо голой. Рядом в таком же виде спал Март. Его рука по-хозяйски лежала у меня на груди, а одна нога покоилась на моих ногах. Тяжелый, блин. Я пошевелилась, пытаясь выползти из-под него и с ужасом почувствовала, как налилось его естество.
– Ма-а-арт, – прошипела я, не оставляя попыток выбраться.
– М-м-м? – сонно промычали в ответ.
– Слезь с меня! – продолжала возмущаться. – Мне тяжело!
