Еще издалека Стэфан заметил невысокий холм, на котором возвышалось что-то на подобии высокого зиккурата, верх которого венчала чаша. Он понял, что Фарфат ведет его к этому холму. Когда они подошли ближе, Стэфан разглядел, что у основания зиккурата находится дверь, а венчает его настоящая широкая мраморная чаша, покрытая резными узорами. Дверь в основании была небольшой, потемневшей от времени, но на ней все еще прослеживались узоры и письмена Лесного народа. На двери было огромное тяжелое кольцо, заменявшее ручку, и ниже виднелась замочная скважина. Рядом с дверью на уровне глаз находился кронштейн. Очевидно, давным-давно на нем висел фонарь. Фарфат подвел Стэфана к чаше. Она была до краев наполнена чистой дождевой водой.
- Что это за место? - спросил Стэфан.
- Это чаша мудрости. - быстро ответил Фарфат.
Он незаметно достал из потайного кармана на груди синий порошок, похожий на пыль, и бросил его в чашу. Порошок незаметно растворился в воде.
- Подойди. - велел эльф. Стэфан ступил несколько шагов.
- Ближе. - велел Фарфат. Стэфан вплотную подошел к чаше. - Теперь, окунись в воду.
- Зачем?
- Эта вода дарует мудрость тому, кто погрузится в нее. - ответил Фарфат.
- Так просто? - удивился Стэфан. Эльф утвердительно кивнул. Стэфан обхватил руками чашу и погрузил в холодную воду свое лицо и голову. Во рту появился металлический привкус, а холод сразу же взбодрил его. Протерев лицо от воды ладонью, Стэфан взглянул на эльфа и спросил, что дальше.
- Нужно подождать.
Стэфан кивнул, и почувствовал, как его голова закружилась, по телу побежала дрожь, и ноги обмякли. Эльф довольно улыбнулся. В глазах Стэфана все закружилось в сумасшедшей пляске. Он рухнул на землю, не в силах больше держаться на ногах. Он перестал чувствовать свое тело, и все погрузилось в бездну темноты.
Очнулся Стэфан в кромешной тьме. Он попытался встать, но тут же ударился головой о каменный свод. Его тело было заключено в деревянный саркофаг: его ноги упирались в полукруглый низ, руки плотно прижимали к телу шероховатые стенки. Он начал ворочаться, пытаясь выбраться из него, и почувствовал, как его тело раскачивается. Услышав звук плескания воды, он понял, что лежит в крошечной лодке, которая плывет по подземной реке. Стэфан попытался ухватиться за свод, но лишь ободрал руки об острые выступы, и по его ладоням потекла кровь. Он вновь попытался расшатать лодку, чтобы перевернуть ее, но тоннель, по которому плыла лодка, был очень узким, и его попытки были тщетны. Он закричал о помощи, но его крик обрывался, никуда не доносясь. Он кричал и кричал, хватался руками за стенки, до тех пор, пока его голос не охрип, а руки не обессилили.
Лежа в темноте, в полнейшей тишине, столь глубокой, что казалось, она поглощает все сущее, Стэфан начал думать. Воздуха было мало, и он медленно вдыхал и выдыхал, прислушиваясь к своему сердцебиению. От усталости клонило в сон. Руки безумно пекли, а его мысли были лишь об одном - удастся ли ему выбраться живым из подземной реки. Постепенно он успокоился и его разум стал проясняться. Он обдумывал свои поступки, пытаясь понять, чем заслужил такую смерть. Первым делом он вспомнил о русалке Ву, и раскаялся в своей вспыльчивости. Вся его жизнь - от рождения, до этого самого момента проносилась перед его глазами, наполняясь новым смыслом, открывая новые истинны, раскрывая старые загадки.
'Если бы я попытался понять то, что мне втолковывает Аларет... - думал он - я, возможно, не оказался бы здесь. Ее душа намного глубже и загадочнее, чем она показывает. И я мог бы попробовать его понять, если бы не был столь невежественным. Но, мой путь заканчивается здесь, и второго шанса у меня нет'.
В нем проснулась невероятная жажда к жизни. Он ясно осознал, что не желает умирать. Не здесь и не сейчас. В нем проснулась сила преодолеть все невзгоды и трудности, пройти сквозь все испытания, и вернуть свое королевство. Он осознал цену каждой жизни. Точнее, ее бесценность.
На мгновение, его мысли умолкли, и он услышал звук падающей воды. Где-то впереди был водопад. На стенах и своде тоннеля забегали блики света, и повеяло свежим воздухом. Течение ускорилось, и тоннель расширялся. Лодка, в которой лежал Стэфан, стала биться о каменные стены, на короткое время замедляясь, и вновь ускоряя свое ход. Рев воды усилился, и Стэфан увидел яркий свет. В тот же миг ложка ушла из-под него, и он на мгновение воспарил в воздухе, и затем рухнул вниз, ведомый неудержимым потоком воды. Он попытался ухватиться за выступы в горе, с которой стекал водопад, но его руки, испачканные кровью, легко соскользнули, и он упал в колодец бурлящей воды.
