Проведением первой переписи руководил П. П. Семенов. Ее программа была достаточно простой: указывались фамилия, сословие или звание землевладельца, количество принадлежащей ему земли, для крестьянских обществ – количество дворов, число душ и способ использования пашни (общинный или подворный). Опросные листы заполняли сами землевладельцы, а по крестьянским землям – волостные правления. Сбор материалов по первой переписи длился до 1880 г., после чего данные были сведены и опубликованы[320]. При сведении данных о землевладении владения менее полудесятины не учитывались, но их владельцы включались в общее количество. В публикации приводились данные о количестве и размерах земельных владений в 49 губерниях, систематизированные по сословиям и категориям владельцев. В издании помещена таблица процентных соотношений категорий землевладельцев и шесть таблиц по каждой губернии: 1) сведения о размере поземельной собственности с распределением на частную, общинную, казенную; 2) о частновладельческой земле с распределением по размерам землевладений; 3) о частновладельческой земле с распределением по категориям владельцев; 4) о надельных землях; 5) о количестве населенных мест; 6) о количестве строений.
В 1881 г. было проведено дополнительное обследование распределения земель по угодьям (пашням, лесам, выгонам), данные которого публиковались в «Статистическом временнике».
Этот показатель учитывался и при проведении второй переписи в 1887 г.[321] Ее программа в основном совпадала с программой первой переписи, но некоторые различия делают их результаты практически несопоставимыми[322]. Следует отметить и низкий уровень организации переписей, которые по-прежнему проводились главным образом силами полиции.
Третья поземельная перепись была проведена преимущественно летом 1905 г. и продолжалась до начала 1906 г. Кроме сложностей, связанных с революционными событиями в стране, на качество этой переписи повлияло и то, что способ ее проведения на местах был отдан на усмотрение губернаторов. Центральный статистический комитет лишь рекомендовал сверить полученные результаты с данными окладных книг; это, естественно, привело к тому, что в ряде мест именно такие данные и сообщались как результаты переписи[323].
Статистика сельскохозяйственного производства
Попытки наладить статистику урожаев наблюдались уже в конце XVIII в., но на протяжении большей части XIX в. почти единственным источником статистических сведений о сельскохозяйственном производстве продолжали оставаться статистические приложения к губернаторским отчетам, в которых учитывались только объем высеваемого и собираемого зерна и урожайность в самах (сам – единица измерения урожайности, показывающая соотношение посеянного и собранного зерна; например, урожай «сам три» означал, что зерна собрано втрое больше, чем было посеяно). Размер посевных площадей не принимался во внимание.
В 1881 г. Центральный статистический комитет разослал опросные листы с тем, чтобы получить сведения о посевных площадях. Данные были собраны и обработаны в течение 1882–1883 гг., и ими пользовались до 1889 г. В 1887 г. снова собирались сведения о посевных площадях. С 1893 г. эти сведения стали собирать ежегодно и публиковать.
До 1903 г. посевные площади учитывались по видам высеваемых на них культур и делились на надельные и владельческие. С 1904 г. система учета посевных площадей стала более дифференцированной: учитывались земли надельные, купленные, арендованные и частновладельческие.
Одновременно с переписями посевных площадей собирались данные об урожайности. Эти данные поступали через сеть корреспондентов Центрального статистического комитета.
Кроме комитета, статистикой урожайности занимался департамент земледелия и сельской промышленности (с 1894 г. – отдел сельской экономики и сельскохозяйственной статистики) министерства земледелия и государственных имуществ. Сведения об урожайности с единицы площади на надельных и частновладельческих землях собирали добровольные корреспонденты. Размеры посевной площади также не учитывались. Корреспондентская сеть министерства земледелия и государственных имуществ была намного меньше, чем сеть Центрального статистического комитета, и распределялась она неравномерно, поэтому возникавшие пробелы восполнялись данными комитета.
Сведения о поголовье скота также включались в губернаторские отчеты. С 1863 г. данные о численности скота собирало Ветеринарное управление министерства внутренних дел[324]. Но наиболее ценны
