Перл вышла из деревьев, и пристально посмотрела на меня.
— Как мы узнаем, что в безопасности? — подозрительно спросила она, голосом, который звучал гораздо зловеще, чем ее вежливый тон в аптеке.
— Он безопасен, — сказала Кэтрин, мило улыбаясь и одновременно нежно касаясь моей руки.
Я вздрогнул и схватил вербену, слова Корделии эхом отозвались в моей голове.
Эта трава могла остановить дьявола.
Но а что если мы все поняли неправильно, и вампиры, как Кэтрин не монстры, а ангелы?
Что тогда?
— Брось вербену, — сказала Кэтрин.
Я посмотрел в ее большие кошачьи глаза и выкинул ее на землю.
Тотчас, Кэтрин кончиком туфли спрятала цветок в хвое и листьях.
— Стефан, ты выглядишь так, словно увидел привидение, — засмеялась Кэтрин, поворачиваясь ко мне.
Но ее смех не был сердитым.
Вместо этого он был мелодичный и музыкальный и немного грустный.
Я рухнул на корявый корень дерева.
Я заметил, что моя нога дрожала, и я твердо схватил себя за колено, которое было совершенно гладким, как будто я никогда не падал.
Кэтрин приняла мое движение как приглашение, опустившись на колени.
Она сидела и смотрела на меня, водя руками по моим волосам.
— А сейчас Кэтрин, он не похож на того кто видел привидение.
Он видел вампиров.
Трое из них. — я взглянул на Перл, как если бы был послушным школьником, а она была моей учительницей.
Она села на ближайший камень, и Анна, устроившаяся рядом, внезапно показалась моложе своих четырнадцати лет.
Но, конечно же, если Анна была вампиром, то это означало, что ей не было четырнадцати лет вообще.
Мой мозг завращался, и я почувствовал волну головокружения.
Кэтрин потрепала меня за шею и я стал легче дышать.
— Хорошо, Стефан, — сказала Перл, и приложила свои пальцы к подбородку и посмотрела на меня.
— Перво-наперво, мне нужно, чтобы ты запомнил, что Анна и я твои соседи и твои друзья.
Ты можешь это запомнить?
Я замер от ее взгляда.
Затем Перл улыбнулась любопытной полуулыбкой.
— Хорошо, — выдохнула она.
Я молча кивнул, не в состоянии думать, и говорить.
— Прямо после войны мы жили в Южной Каролине, — начала Перл.
— После войны? — спросил я, прежде чем успел остановить себя.
Анна захихикала, а Перл слегка улыбнулась.
— Войны за независимость, — кратко объяснила Перл.
— Нам повезло во время войны.
— Все в семье живы-здоровы.
Ее голос застрял в горле, и она закрыла глаза на минутку, прежде чем продолжать.
— Мой муж управлял маленькой аптекой. В то время в городе началась эпидемия чахотки.
Все пострадали — мой муж, двое сыновей, моя маленькая дочь.
В течение недели они умерли."
Я не знал, что сказать.
Мог ли я сказать, что сожалею о том, что произошло так давно?
— А затем Анна начала кашлять.
— И я знала, что не могу потерять и ее тоже.
Мое сердце было бы разбито, но дело не только в этом," сказала Перл, встряхнув головой, словно оказавшись в ловушке своего собственного мира.
— Я знала, моя душа и мой дух будут сломлены.
И затем я встретила Кэтрин.
Я повернулся в сторону Кэтрин.
Она была такой молоденькой, такой невинной.
Я отвернулся раньше, чем она взглянула на меня.
— Кэтрин была другой. — сказала Перл.
"Она прибыла в город под покровом тайны, не имея связей, но сразу же стала частью общества".
Я кивнул, задаваясь вопросом, кто должен был погибнуть в огне в Атланте, чтобы это привело Кэтрин в Мистик Фолс.
Но я не спрашивал, ожидая, что Перл продолжит свою историю.
Она прочистила горло.
"Тем не менее, в ней было что-то необычное.
Все леди и я говорили об этом.
Разумеется, она была красивой, но было еще что-то.
Что-то потустороннее.
Некоторые называли ее ангелом.
И она никогда не болела, ни в холодное время года, ни когда в городе началась чахотка.
В аптеке она никогда не касалась некоторых трав.
Чарльстон тогда был маленьким городом.
Люди болтали.
Перл потянулась к руке дочери.
— Анна должна была умереть, — продолжала Перл.
— Вот что сказал доктор.
Я отчаянно нуждалась в лекарстве, была охвачена горем и чувствовала себя такой беспомощной.
Такой я и была, женщина окруженная медициной, но не способная спасти жизнь дочери.
Перл в отвращении тряхнула головой.
— Так что произошло? — спросил я.
— Я спросила Кэтрин однажды, знает ли она что-нибудь, что может подойти.
И только задав вопрос, я поняла, что она может помочь.
Что-то в ее глазах поменялось.
Но она, тем не менее, несколько минут помолчала перед тем как ответить, а затем….
Перл привезла Анну в мою квартиру как-то ночью, — прервала Кэтрин.
— Она спасла меня, — тихим голосом сказала Анна.
— И маму тоже.
"Так с нашим прибыванием здесь было покончено.
— Мы не могли оставаться вечно в Чарльстоне, никогда не взрослея, — объяснила Перл.
— Конечно, скоро нам пришлось снова переехать.
Так происходит всегда.
Мы цыгане, кочующие между Ричмондом и Атлантой и всеми городами между ними.
И теперь нам предстоит еще одна война.
История показывает, что некоторые вещи никогда не меняются," — произнесла Перл, грустно улыбнувшись.
"Но существуют и худшие способы препровождения времени."
— Мне здесь нравится, — признала Анна.
— Поэтому я боюсь, что нас прогонят.
