– Это был апрель, двадцать четвертое число, полдень. Мы сидели на большом и пушистом белом ковре. В игровой комнате были только мы с той девочкой и служанка, которая сидела в телефоне в тот момент, когда это случилось. На девочке была красная хлопковая туника на лямках, а под ней – белая футболка.
– Это поразительно!
– Не-а. Я очень легко такое запоминаю.
Она притянула его к себе и поцеловала в лоб.
– Ты моя умница, мое солнышко!
Саша улыбнулся ее ласкам и сжал ее кофту.
– Тетя Марлин, а ты знала, что солнце на самом деле белое?
– Правда?
– Не все знают, потому что даже в учебниках про космос его рисуют желтым. Оно выглядит как желтое, но на самом деле белое.
Марлин одарила его очередным поцелуем в лоб.
– Ну вот как с таким умным мальчиком не дружить? – воскликнула она. – Так что не бойся. Жанне ты очень понравишься, я в этом уверена.
У двери в прихожей стоял высокий юноша, возясь с замком. Саша смотрел на него со спины в ожидании, когда тот развернется. Он был в свободной белой рубашке, заправленной в классические темно-коричневые брюки с высокой талией. Волнистые каштановые волосы едва касались ушей.
Прозвучал щелчок, и юноша открыл дверь.
– Привет, Селестия. Проходи.
– Здравствуй, Люк.
По спине Саши побежали холодные мурашки.
Люк Краус. Его дедушка.
Наконец он увидел его лицо – улыбчивое, светлое и, казалось, ни разу не оскверненное печалью. Зеленые живые глаза сверкали, как два изумруда, в окантовке густых длинных ресниц. Он был высоким, жилистым, в белой рубашке с закатанными рукавами и коричневых брюках с подтяжками.
«Марлин права. Мы с ним действительно похожи», – признал Саша.
Селестия повесила на крючок свой бежевый берет, мужчина галантно помог ей снять того же цвета пальто до колен и поставить квадратную белую сумочку на стул. Они прошли на кухню, где их уже ждали горячий чай и два пирожных.
– Я только за сейфом, Люк. – Селестия остановилась у своего места в явной нерешительности. – Меня ждет такси, так что я буквально на пять минут.
– Ох… – вздохнул он. – Да, конечно.
Селестия застенчиво поджала уголки губ и спросила:
– Как Инджеборг? Как вы вообще? В последнее время мы так редко общаемся.
– Аврора отъехала, а Инджеборг спит в кроватке. Только укачал.
– Ей уже год, получается?
– Год и месяц… – Он на мгновение задумчиво уставился в потолок. – И одиннадцать дней.
– Ты очень любишь ее.
– Она – часть меня и женщины, которую я люблю. Как же иначе? Порой целыми днями думаю о ней, даже не замечая этого. Аврора говорит, что я помешан на дочери.
Селестия сглотнула, опустив плечи.
– А как ты?
– Работаю, – заговорила она неестественно возбужденным голосом. – Есть много идей и проектов.
– Аврора очень скучает по тебе, но, кажется, боится звонить. Что-то удерживает ее, но я вижу, что она переживает за тебя.
В ответ Селестия промолчала, пристыженно смотря в пол.
– Идем. Покажу тебе сейф.
Зайдя в гостиную, Саша обомлел: на небольшом круглом столе у буфета стоял тот самый сейф, который ему предстояло вскрыть.
Вот оно! Воспоминание, которое он все это время искал.
«Так, значит, сейф принадлежал Люку? Значит ли это, что пароль…»
– Я уже установил пароль, но ты можешь сменить его, если хочешь. – Он взял со стола сложенный вдвое лист бумаги. – К слову, я подготовил инструкцию.
– Не стоит. Я все запомню. И пароль можно оставить тот же.
– Уверена? Я ставил его, скажем так, в рамках эксперимента и ввел первое, что было у меня на уме. Так что пароль довольно личный.
– Тем лучше. Я бы даже сказала, безопаснее. И ты думаешь, я не смогу запомнить одно слово? – усмехнулась она.
«Вот почему никто не смог разгадать пароль. – осознал Саша, чувствуя, как мурашки бегут по телу. – Все искали подсказки не там».
Саша приблизился к ним, остановившись всего в паре шагов, чтобы ничего не пропустить.
– Так какой пароль?
– Он как раз в инструкции, которую ты отвергла.
– Не очень предусмотрительно.
– Ну, он же временный, и я не думал, что ты решишь его оставить. Вот и написал, чтобы ты могла в любой момент переустановить.
– Хорошо, давай сюда.
Она выхватила у него из рук инструкцию и быстро пробежалась по строчкам.
– Иного от тебя не ожидала, – заметила она с доброй улыбкой.
– Ха-ха, – он почесал в затылке, – а как же иначе?
Не успел Саша рассмотреть пароль, как Селестия тут же свернула инструкцию. Он попытался выхватить бумагу из ее рук, но прошел сквозь женщину.
– Проклятие! – выругался Саша, а меж тем Селестия продолжила:
– Ладно, я возьму инструкцию, выучу ее и уничтожу.
– Ты будто какие-то государственные документы собралась в этом сейфе хранить. К чему такая секретность? Это же просто сейф.
– Осторожность никогда не помешает.
– На этот случай у тебя есть комбинация для самоуничтожения – полная дата Второй мировой.
– Интересный выбор.
Люк затряс головой, печально улыбаясь.
– Для меня войны и хаос былых лет – напоминание о том, как мы должны жить, чтобы это больше никогда не повторилось. Ситуация в мире сейчас очень неспокойная, и мне больно на это смотреть. Я лишь надеюсь, что у людей хватит благоразумия остановиться. Достаточно и того, что пережили наши предки.
