В эпоху империализма реакционные субъективно-идеалистические «теории» о роли личности в истории используются буржуазией для обоснования империалистического разбоя и фашисткой террористической диктатуры. Ближайшим идеологическим предшественником фашизма был немецкий философ Ницше. В его произведениях нашел наиболее гнусное и отвратительное выражение презрительно-барский, рабовладельческо-капиталистический подход к народной массе. Ницше говорил, что «человечество несомненно скорее средство, чем цель... Человечество — просто материал для опыта, колоссальный излишек неудавшегося, поле обломков». Ницше с презрением относился к массе трудящихся, к «слишком многим», считая их рабское положение в условиях капитализма вполне естественным, нормальным, оправданным. Безумная фантазия Ницше рисовала ему идеал «сверхчеловека», человека-зверя, стоящего «по ту сторону добра и зла», попирающего мораль большинства и шествующего к своей эгоистической цели среди пожарищ и потоков крови. Главный принцип «сверхчеловека» — это воля к власти; ради этого все оправдано. Эту изуверскую зоологическую «философию» Ницше Гитлер и гитлеровцы возвели в ранг государственной мудрости, сделав ее основой всей своей внутренней и внешней политики.
Ненависть к народам вот характерная черта идеологии буржуазии эпохи империализма. Эта идеология свойственна не только немецкому фашизму, но и империализму США, Великобритании, Франции, Голландии и т. д. Она получает свое практическое выражение в империалистических войнах, колониальном гнете, подавлении народа собственной страны. Она отражается и в фашистских взглядах на роль народных масс, проповедуемых ныне многими буржуазными социологами в США. Так, фашистские взгляды на роль личности и народных масс в истории развивает последователь идеалиста Д. Дьюи — С.Гук.
Другая разновидность идеалистического взгляда на историю, родственная фашизму, представлена в США школой американских историков Робинсона и др. Робинсон формально уступает против наивного взгляда на историю, как на результат деятельности королей, полководцев, завоевателей. Он отмечает огромное значение экономики в развитии общества. Но ссылка на роль экономического фактора в истории служит Робинсону и его последователям лишь для того, чтобы на место королей, героев, завоевателей выдвинуть в качестве главных творцов истории капиталистических некоронованных властителей вроде Рокфеллера, Моргана, Форда и др. Эта концепция, представляющая эклектическую смесь «экономического материализма» и субъективизма, выросла на почве всевластия финансового капитала. Считать магнатов капитала «движущей силой» истории на основании того, что они распоряжаются в условиях буржуазного общества огромными массами накопленного и живого труда, может только реакционер. В действительности современный капитализм — это паразитический, загнивающий капитализм, а владельцы капитала — промышленных предприятий, концернов, банков — это паразиты, живущие на теле общества и высасывающие народную кровь. Сколько бы ни прославляли Робинсон и ему подобные апологеты капитализма «всесилие» властителей финансового капитала, задающих тон в буржуазном обществе, управляющих судьбами своих стран, решающих вопросы внутренней и внешней политики, эти властители сами находятся во власти стихийных общественных сил.
Идеалистический взгляд на роль личности и народных масс в истории не имеет ничего общего с наукой. История учит, что личность, даже наиболее выдающаяся, не может изменить основного направления исторического развития.
Брут, Кассий и их сообщники, убивая Цезаря, хотели спасти республику рабовладельческого Рима, сохранить власть Сената, представлявшего рабовладельческую аристократическую знать. Но, убив Цезаря, они не могли спасти клонившийся к упадку республиканский строй. На историческую арену выдвинулись другие общественные силы. Вместо Цезаря появился Август.
Римские императоры обладали огромной единоличной властью. Но, несмотря на эту власть, они бессильны были предотвратить падение рабовладельческого Рима, падение, обусловленное глубокими противоречиями всего рабовладельческого строя.
Никакой исторический деятель не может повернуть историю вспять. Об этом наглядно свидетельствует не только древняя, но и новейшая история. Недаром потерпели позорный крах все попытки вожаков империалистической реакции (Черчиллей, Гуверов, Пуанкаре) свергнуть советскую власть и уничтожить большевизм. Потерпели крах разбойничьи империалистические замыслы Гитлеров, Муссолини, Тодзио и их вдохновителей из США и Великобритании.
