Исторический материализм полностью

Из этого краткого разбора со всей очевидностью вытекает враждебное отношение этих теоретиков к материалистической основе марксизма, непризнание и извращение её, открытая и прикрытая, но совершенно явная и решительная борьба против материализма. Вся истории философии есть история борьбы идеализма и материализма. Борьба с.-д. теоретиков против материализма обнаруживает всю полноту отхода её от марксизма по всем линиям и решительный переход на позицию буржуазии в вопросах мировоззрения.

Многочисленные буржуазные лакеи на философском участке напрягают все усилия, чтобы представить материалистическую диалектику в наиболее неприглядном виде, оклеветать её, исказить, вырвать её с корнем и отбросить как никчёмную.

Философский отряд социал-фашистов в полной мере, как и в других вопросах теории и практики, вторит в этом вопросе идеологам буржуазии. Маркс и Энгельс громко заявляли о своей приверженности диалектике, выступали с её защитой. Поэтому теоретики ревизионизма не могут никогда прямо отказаться от этой «души» марксизма. Социальный заказ буржуазии — идейно развратить пролетариат, обессилить его — они могут выполнять, лишь особенно искусно извращая материалистическую диалектику, особенно тонко, незаметно, по кусочкам разлагая эту революционную суть марксизма, опошляя и умерщвляя её.

Нет ни одного из философствующих социал-фашистов, который бы в той или иной мере не принимал диалектики, не заигрывал бы с ней. Но зато нет ни одного из них, который не выставил бы целого ряда возражений, «сомнений», своих собственных убеждений, отличных от марксо-энгельсовских в отношении этой диалектики. Прямо отказаться от неё нельзя, но признать её такой, какой она есть, ещё хуже. И потому вокруг диалектики начинается настоящая мышиная возня.

Каутский — за диалектику. Он приемлет её. Но Каутский «сомневается» в приложимости диалектики ко всем областям жизни. М. Адлер откровеннее. Он даже не сомневается, a утвердительно говорит, что диалектика присуща лишь мышлению и что именно в этом ограничении диалектики субъективным мысленным процессом якобы и состоит существо марксовой «перестановки» гегелевской диалектики с головы на ноги.

Эмпириокритик Богданов, тоже считавший себя марксистом, точно также возражал против всеобщности диалектических законов: «Диалектика не есть нечто универсальное, она не может стать всеобщим методом познания. Она частный случай организационных процессов, которые могут итти также иными путями», — говорил Богданов в «Философии живого опыта».

Нарушение принципа всеобщности диалектики, как уже известно, имеется и у Плеханова, поскольку и он не сумел распространить диалектику на теорию познания. И, наконец, тенденцию к ограничению диалектики Ленин отметил и у Бухарина, поскольку последний называл диалектику лишь точкой зрения, противопоставляя её исторической точке зрения. Так философские идеи социал-фашизма получают свой отклик в механицизме и правом оппортунизме в пределах Советского союза.

Попытка ограничить диалектику есть не что иное, как прикрытая борьба против неё, как желание превратить цельную теорию марксизма в обрывки, кусочки теории, стремление обезвредить диалектику. Если удастся доказать, что диалектика есть лишь частный случай разнообразной закономерности явлений, то тем легче будет отмахнуться от неё в самых жгучих вопросах политики, тем легче будет оправдать и обосновать свой отказ от революции, от защиты интересов пролетариата.

Вопрос о всеобщности диалектики — не второстепенный, а принципиальный вопрос марксизма. Отказываться от всеобщности материалистической диалектики значит подкапываться под её научные основы, под её объективность и неизбежно скатываться к субъективному — идеалистическому её истолкованию.

Если диалектическое движение сознания не есть отражение диалектики движения в объективном материальном мире, если оно не имеет своего источника в объективном мире, то диалектика приобретает лишь идеалистическое значение как движение духа самого по себе. Так, ограничивая всеобщность материалистической диалектики, с.-д. теоретики протаскивают идеализм, с позиций которого гораздо легче притупить революционное остриё материалистической диалектики, обезвредив её в интересах буржуазии.

Центральным пунктом материалистической диалектики является учение о законе единства противоположностей и их борьбе. Вот почему весь огонь своей критики философии марксизма ревизионисты сосредоточивают на опровержении противоречивого характера развития.