Исторический материализм полностью

Но если мы присмотримся ближе к толкованию этого закона ревизионистами, то мы совершенно ясно обнаружим весь антимарксистский смысл этого толкования. Это находит своё выражение во-первых, в том, что, сведя суть материалистической диалектики к триаде, с.-д. теоретики облегчают себе задачу борьбы против диалектики Маркса, как, якобы, схоластической, надуманной, догматической, схематической теории.

Никто из классиков марксизма никогда не защищал гегелевскую триаду как закон материалистической диалектики. Но, извращая марксистское понимание закона отрицания отрицания, оппортунисты выдёргивают одну сторону. Эта сторона состоит в том, что заключительным моментом триады является синтез, который превращается ими в не противоречивое единство, в абсолютное равновесие. Синтез, который исключает противоречия, и есть то, чем привлекает такая «триада» всех ревизионистов, так как это положение служит прекрасным средством для теоретического оправдания политики притупления классовых интересов, политики борьбы против революции. Если такая триада с её заключительным аккордом-синтезом является всеобщим диалектическим законом всей жизни, то возможно синтетически объединить пролетариат и буржуазию в демократическом государстве, возможно через это последнее изжить классовые противоречия, уравновесить классовые интересы.

Итак, материалистическая диалектика со стороны философствующих ревизионистов подвергается жестокому нападению, особенно чудовищному извращению. Весь огонь нападения на диалектику ведётся в одном направлении — изгнать из марксизма теорию борьбы противоречий во всех явлениях природы, общества и мышления, и заменить её безжизненной, ненаучной, оппортунистической теорией приспособления; отбросить теорию непримиримости противоречий, развитие и обострение их до антагонизма, до крайности, до непримиримости, и заменить её теорией примиряющего синтеза, теорией притупления противоречий и их равновесия; вытравить из марксизма революционную теорию внутренних противоречий, которая при последовательном проведении в политике требует борьбы за революцию, изуродовать, обтесать, подстричь эту теорию по образцу своей реформистско-фашистской предательской политики. Таков коренной смысл всех ревизионистских писаний о диалектике.

По отношению ревизионистов и социал-фашистов к вопросам исторического материализма ещё легче обнаружить весь антимарксистский и антипролетарский характер социал-демократических теорий, так как эти вопросы непосредственным образом связаны с политикой, борьбой классов, с повседневной деятельностью партий.

За последние годы мы имели выступление трёх теоретиков социал-демократии — Каутского, Кунова и Макса Адлера, — с объёмистыми книгами, где более или менее систематически изложены исторические взгляды современного ревизионизма. Эти книги, как и вообще все «теоретические» писания социал-демократов, от первой страницы до последней насыщены определённой «партийностью», они защищают в теории — линию антимарксистскую, буржуазную, реакционную. Именно о современных с.-д. теоретиках можно сказать, перефразируя слова Дицгена по поводу немецких профессоров философии, что для них историческая теория, как и философия, не наука, а средство борьбы против марксизма, против пролетариата и его революции. С теоретической стороны исторические, как и философские, взгляды современного ревизионизма представляют собой смесь буржуазных идей механистического и позитивистского, неогегельянского и неокантианского толка.