— Да как такое может быть? Шин Хо никогда не рассказывала мне об отце, — Чан Ру сорвалась на крик. Её уверенность в собственной правоте безвозвратно канула в небытие. — Как я могу вам доверять? Может вы придумали все это, чтобы спасти вашу дочь от мести? — предательская слеза скатилась по щекам таэквондистки.
— Ты думаешь, человек, ежедневно подвергающийся насилию, захочет рассказывать об этом?! А что ты сделаешь? Убьешь ее отца? Заберешь ее к себе? Ты ребенок, ты ничем не сможешь ей помочь! Шин Хо хотела быть равной со своими друзьями. Кому захочется быть жертвой в глазах сверстников? Для таких, как она нет ничего хуже жалости, — ректор постепенно начинала терять контроль над эмоциями. — Я все никак не пойму, каким боком здесь замешана Ли Хе Рин? Разве в университете кто-то вообще знает о нашей родственной связи? — наступила неловкая тишина.
— Мам, ты думаешь что есть вероятность того, что можно не стать изгоем будучи странным химиком, как я? — Хе Рин прикусила губу. — Это возможно только в том случае, если твоя мама ректор университета.
— В любом случае, — Ё Джин перевела взгляд на дочь, — Хе Рин не имеет отношения к ситуации с Лим Шин Хо и на этом разговор закончен, — женщина откинулась на спинку стула и скрестила руки на груди.
— Я же говорила, что Ли Хе Рин ни в чем не виновата! Теперь-то ты угомонишься?! — Чунтао нахмурила брови. — Прекрати терроризировать ее и извинись!
— С чего это я должна извиняться?! — Выкрикнула Чан Ру.
— Господи, какая же ты упрямая! — Тан повысила тон. — Тебе нравится издеваться над людьми?! Весело? Как же ты не поймешь, что ты делаешь ни в чем неповинных людей несчастными! Угомонись! — вскрикнула.
— Ах ты! — Ким сорвалась вперед и схватила Тан за шиворот через обеденный стол. Лухан и Чен молниеносно отреагировали: Чондэ ухватился за руку сестры и оттянул её назад, а Хань же спрятал художницу за собой.
— Ким Чан Ру, тебе стоит извиниться, — ровно протянул её старший брат. — Этот раунд не за тобой.
— Никогда! — девушка оттолкнула брата и выбежала из комнаты. Чондэ поклонился вместо извинений, когда шестерки Чан Ру вышли на улицу, и спокойно пошел в след за сестрой.
Госпожа Ли хотела обработать раны Чунтао, но упрямый Лу Хань обещал заняться этим сам и быстро вытянул китаянку из дома подруги. Крис Ву обязался проводить Су Ен до дома, пока О Сехун с невероятно серьезным лицом оттянул Рин в сторону для разговора. Ректор никому не рассказывала историю Шин Хо, да и многих других студентов. Женщина так же скрыла тот факт, что первое время помогала Лим материально, пока та обустраивалась в новом городе и искала работу. Ли Ё Джин всегда считала, что лучше она поможет кому-то деньгами, чем когда-нибудь кто-то из её родных окажется на месте просящего.
Стоило женщине покинуть комнату, как О тяжело вздохнул. Его разрывало изнутри! Так хотелось накричать на Рин, стукнуть кулаком по столу, сказать — «Какого черта ты молчала?». Сехун вроде только начал приближаться к ней и вот-вот должен был отворить врата её сердца, как тяжелая реальность оттолкнула его в самое начало. И что теперь? Он в ряду «просто знакомых», когда девчонка, которую Ли знает всего год, оказалась ближе всех?
— Я не хочу сейчас разговаривать, — Хе Рин чувствовала себя разбито. — Честно, давай поговорим завтра, только не сейчас, — взмолилась. Она прекрасно знала, что нервы накалены до предела. Одно неверное слово, и химик явно начнет говорить то, о чем еще долго будет сожалеть.
— Просто скажи, почему после стольких лет дружбы, ты не смогла довериться мне? — О выглядел крайне серьезно. Сегодня в его жизни многое перевернулось с ног на голову. Он даже не представлял, что напускное веселье Ли и вечное хвастовство положением своих родителей было лишь щитом от издевательств.
— Тебе? — Ли высвободила руку из цепких рук Сехуна. — Как ты можешь спрашивать у меня такое, когда годами уничтожал мою самооценку?! Разве не ты повторял, что для такой несимпатичной особы точно не найдется парня? Что ты там еще говорил? — усталость Ли была невыносимой. — Что с моим характером мне светит только одиночество? А теперь разглагольствуешь о доверии и дружбе?
— Да я же шутил! В этом нет и доли правды, — шокировано протянул О.
— Шутить с каменным лицом, по-твоему, нормально? — на глазах Ли засияли капельки слез. — Иди домой, О Сехун, сегодня я не хочу разговаривать с тобой.
— Ты никогда не говорила, что тебя ранят мои шутки. Если бы ты хотя бы раз сказала, что тебе это не нравится, я бы сразу же прекратил, — О оперся рукой о стену и устало опустил голову. Такого он точно не ожидал.
— Да, снова виновата я, — кивнула Ли. Девушка расстроено повернулась к парню спиной и покинула гостиную.
