— Мы встретились ещё раз, — парень в черной рубашке с узкими и невыносимо хитрыми глазами хищно улыбнулся. Один его вид внушал ужас, но с посиневшим от ударов лицом он казался ещё страшнее. — Тан Чунтао.
Чун сохраняла тишину. Было опасно что-либо говорить, этот злоумышленник не внушал доверия.
— Ты уверен, что он придет сюда? — Лэй окатил говорившего суровым взглядом.
Чун сразу же сделала вывод, что кашу заварил похититель в черном, Лэй решил выжать оттуда свою выгоду, отомстив Лу Ханю, а оставшиеся четверо были лишь подчинёнными.
— Уверен, — парень оборвал цепочку мыслей Тан. Он сидел до жути близко, поражая своей черной энергетикой и выпивая стакан виски.
— Ну, посмотрим, Джу Вон, — в этот миг Исин перевел взгляд на Чунтао. — А ты готова ко встрече со своим парнем?
— С чего ты решил, что я не в том же положении, что и она (подразумевая его сестру)? — Голос художницы звучал тихо.
— С того, что ради тебя он обдирает кулаки в кровь, — брюнет перевел взгляд на сидящего слева от Чунтао парня, — В начале я не был уверен до конца, но после встречи с Кан Джу Воном, вопрос отпал.
— Так-так-так, — в диалог вступил ожидающий зрелища Кан. — Ты наверное хочешь пить, — он поднялся на ноги, достал из шкафа под телевизором бутылку минеральной воды, налил ее в прозрачный стакан и поставил перед Чунтао. — Пей, не бойся.
Чун долго не решалась выпить. Она чувствовала подвох, глядя на пузырчатую воду и глотая слюни от безумной жажды. За все два дня в ее желудке была лишь чашка риса и вода. Девушке ужасно хотелось пить! Она боялась сделать лишнее движение, глотнуть непонятную жидкость, но когда Лэй налил себе из той же бутылки и залпом выдул все содержимое, Чун пристально взглянула на парня. Его состояние не изменилось: он мыслил трезво, в глазах читалось презрение.
Желудок девушки жалобно заурчал и вызвал этим смешок Джу Вона, Чунтао злостно выпила налитую парнем минеральную воду. Прохладительная влага насыщала иссушенный организм. В начале Чун почувствовала сладкий вкус облегчения, но через пару минут перед глазами все поплыло. Сознание тонуло в дурмане, мысли спутались, почему-то в темном зале появились цветы. Они расцветали на стенах, лицах, появлялись на столе. Дышать стало тяжелее.
— Что вы мне подме… — язык перестал слушаться и Чун безвозвратно утонула в царстве иллюзий.
========== 37. ==========
[Не проверено бетой]
Влюбиться — добровольно подвергнуть себя эмоциональном пыткам: в один день прыгать от счастья, в другой сгорать от ревности, а на третий томиться в котле переживаний. У Ханя как раз наступил третий день, полный ранее неизведанных чувств и в то же время окунувший его в жуткие воспоминания детства.
Отвратительно быть беспомощным. Сразу чувствуешь себя маленьким человеком, которого при желании могут растоптать или от скуки подвесить на люстру. И в таком состоянии ему нужно вытащить из лап психопата свою девушку. «Хуже не придумаешь».
Впрочем, Лухан не растерялся и мобилизовал друзей. Он организовал почти все для успешного вызволения Чунтао, осталось только настроиться самому. Сколько бы Хань не дрался в прошлом, ощущения были другими, потому что ранее на кону стояла только его жизнь, а сейчас ситуация была иной и жизнь Тан казалась неподъемной ношей. Слишком много ответственности.
Хань стоял перед караоке баром, куда он прибыл вместе с Кенсу и выкуривал последнюю сигарету из пачки. Жизнь в районе Хондэ кипела, молодежь рассекала улицы, толпилась в магазинах и тусовалась в клубах, а Хань стоял, усмиряя нервное сердцебиение. «Что бы ни было, нужно сохранить самообладание». Эта мысль пугала. Что они успели сделать с Чун?! Цела ли она? Столько времени ему потребовалось на поиски! Непростительно долго и слишком опасно для нее.
— Я заведу тебя, а дальше сам, — Дио подошёл к охраннику у входа. Этот бар также принадлежал его отцу, поэтому парень знал, что Кан Джу Вон находится внутри.
— Спасибо, — Лу потушил сигарету и шагнул вперёд.
— Третий вип зал, — произнес напоследок До перед тем как скрыться в толпе.
Лу зашел внутрь, миновал отдыхающих студентов, нашел нужную дверь с цифрой «3» под чье-то фальшивое пение, открыл ее и застыл в немом ужасе. Чун сидела в нижнем белье между Кан Джу Воном и Чжан Исином; ее зеленоватые глаза застилала пелена, безжизненный взгляд вгонял в дрожь. Сердце громко ударило по ребрам. Хань готов был сорваться в любой момент! Внутри все похолодело, оставляя лишь голый каркас ненависти.
Чжан Исин мечтал увидеть это выражение лица у Лухана. Хаос творящийся в его душе искажал мимику Лу, поочередно выдавая на всеобщее обозрение самые страшные эмоции и чувства.
Лу Хань и не заметил, как двое громил схватили его за руки и усадили на колени перед похитителями. Все звуки вокруг превратились в ужасающую тишину. Он не слышал, что говорил Кан, не видел ликующего Лэя, все, что видел Лу — пострадавшая от призраков прошлого Чунтао. Она — маленький ребенок, забавное дитя, которое он обещался защищать. «Что они успели с ней сделать?! Чем напоили? Господи, за что?!».
