— Что ты сделала, чтобы завоевать Лухана? — прозвучал вопрос сзади. Язвительное женское сопрано резало слух.
Чун безразлично проигнорировала вопрос. Может она и была младше, но это не значит, что фотограф обязана отвечать на всякую чушь! Тан хмыкнула и откинулась на спинку стула. Мобильник скоро оказался на поверхности стола, а тонкие руки быстро сплелись в области груди. Силы постепенно возвращались и Чунтао отчетливо понимала, что может дать отпор!
Однако, бороться не пришлось, ибо самодовольный Лу скоро зашел в аудиторию и уселся рядом. От одного его присутствия внутри что-то защемило.
— Тебя никто не обижал? — парень взял Тан за руку, сладостно переплетая пальцы, и слегка наклонился в её сторону.
— Нет, — шепнула Чунтао, блаженно вкусив разливающееся внутри спокойствие.
С прибытием на вид молодой и опрятной женщины, пара скоро началась. Галдеж студентов наконец-то стих, от чего Чунтао расслабленно выдохнула. Хань продолжал держать её за руку, иногда поглаживая большим пальцем тыльную сторону женской руки. Его нежность опьяняла хрупкое сердечко художницы, посему она так хотела устало свалиться на его крепкое плечо и самозабвенно заснуть в любимых объятиях. Теперь Чун совсем не понимала из-за чего так колотилось её сердце. Кофе ли всему виной или сидящий рядом футболист? Она лишь знала, что так тепло ей еще никогда не было, даже в родном Шанхае.
Хань крутил в свободной руке ручку и не сводил взгляда с доски. Неожиданно та самая ручка юрко слетела вниз между влюбленными и негромко упала на деревянный пол. Лу механически потянулся за ней, случайно задев грудь Чунтао головой и дыша ей прямо в живот. Поднял предмет, выровнялся. Тан вздрогнула от неожиданности и потупила взгляд куда-то в сторону, лишь бы не смотреть на шатена. Закусанная до дыр губа сильно пострадала, от чего начала кровоточить да болеть. Хань мгновенно заметил изменения в девушке. Задумался. Прокрутил в голове все, что произошло и вдруг резко усмехнулся, затягивая Чун чуть ли не в подмышку. Лу хотел засмеяться, но старательно сдержался. Слишком мило!
— Кто же знал, что ты у меня такая? — хихикнул парень, заставляя художницу краснеть пуще прежнего.
— Какая? — надула губки Тан. Ответ мог ей совсем не понравится.
Но Хань не ответил и лишь взъерошил её и без того спутанные волосы.
***
Время бежит скоротечно, когда в животе бабочки, а каждое мгновение рядом с предметом обожания кажется до безумия сладостным и желанным. Чунтао четко ощутила это на себе, когда час в компании шатена молниеносно канул в прошлое, и заставил безрадостно брести в сторону гардероба в гордом одиночестве. Хань, чем-то до одури довольный, пошел на тренировку и строго направил девушку домой, серьезно заявляя, что ей срочно нужно отдохнуть, а он свяжется с ней ночью.
Чунтао плыла в потоке студентов в широком коридоре, словно одурманенная или опьяненная алкоголем, потому что изредка покачивалась из стороны в сторону. Смысл слова «контроль» мерк в её сознании, поскольку волнительные моменты мелькали перед глазами, заставляли сердце щебетать, но самое главное — дарили невероятное счастье.
Тан со скоростью улитки добралась с четвертого этажа на первый и на автомате пошла в нужном направлении. Гул студентов не угасал, но в какой-то момент она различила в нем четкое имя Ли и, подобно резко выброшенной в реальность, удивленно застыла на месте. Мужской голос что-то яростно нашептывал и в манере речи отчетливо слышалась настойчивость и, почему-то, страх.
— Никогда больше не смей приближаться к Ли Хе Рин, поняла? Я буду следить за тобой, До Тэ Ен! — тревожный мужской голос звучал за стеной, которая отделяла поворот в сторону гардероба. Чунтао прислушалась.
— Тебе-то какое дело? Ты уже не в той роли, чтобы заботиться о Ли Хе Рин, понял?! — яростно шипела девушка.
— Тэ Ен! Не забывай о нашей дружбе, — пригрозил студент. — Я вычеркну тебя из памяти, если ты опустишься до такой низости.
— Ой, иди к черту! — рявкнула незнакомка. До слуха художницы донесся звук уносящихся вдаль шагов.
Тан рвано вдохнула и вышла навстречу защитнику подруги. Среди парочки людей, девушка различила одиноко зависшего на месте Ким Чунмена, прожигающего взглядом дыру в стене. «А-а, Чунмен».
— Спасибо, — Тан вернула студента в реальность мягким касанием руки. — Жаль, что она не может знать о твоих намерениях. Или?
— Нет, — выдохнул растерянный Ким. Меньше всего он хотел, чтобы его разговор кто-нибудь услышал. Особенно Тан Чунтао. — Не говори ей. Все уже в прошлом.
— Тогда зачем? — Девушка оперлась спиной к холодной стене. В его глазах все еще жила тоска. Кореец любил Хе Рин, но никогда бы не шагнул в её сторону вновь. Как? После такого предательства? Нет, для Чунмена все было в прошлом.
— Из уважения, — кивнул парень. Он наспех застегнул куртку и, не прощаясь, покинул здание.
========== 26. ==========
Так странно бывает, когда внутри перемешиваются феерия влюбленности и холодная, затягивающая тоска. С одной стороны хочется прыгать, а с другой - неподвижно лежать и ждать тепла горячих ладоней или любимый тембр голоса.
