-Да нет,– я совсем обалдел– что, вот так сразу в баню?– Вы уж извините, я спешу. На электричку можем опоздать. И нам ещё бы дедушку найти.
-А куда спешить? Переночуете, а завтра, с утра пораньше…
-Да нет, спасибо, конечно, завтра на работу надо!– я понял, что надо уносить ноги– вот ведь маньячка! Дама широко улыбалась, зубы у неё были крупные, белые, верхние клыки заметно выдавались. Я вскочил и пошёл к двери.
-Подождите, молодой человек,– она встала из– за стола, и подошла ко мне, заметно прихрамывая и опираясь на палку с костяным набалдашником. –Зачем Вам дедушка? Сейчас мы вам сделаем копии свидетельств.
Она вышла из кабинета, я за ней. В предбаннике на столе стоял компьютер и принтер. «А электронного адреса не нашли», мелькнуло у меня в голове.
Дама достала из шкафа толстенную папку, из неё две тонких.
-Вот, личные дела,– она задумчиво взвесила их на руке. Потом снова уставилась на меня, улыбаясь вполне людоедской улыбкой.
-Знаете,– вдруг сказал я,– как часто вещи видимые совершенно не совпадают с действительностью? И видение того или иного предмета зависит от личности смотрящего.
-Что?– она заморгала глазами. И тут, честное слово, я не знаю, что на меня нашло, но я схватил эти несчастные личные дела, и пулей вылетел из кабинета, пробежал по коридору, с пинка открыл дверь и спрыгнул с крыльца через все пять ступенек. Я стоял перед школой, с бешено колотящимся сердцем и сжимал в руках две картонные папочки.
-Граф! Хозяин!– кикиморы бросились ко мне с визгом и повисли у меня на шее,– ты вернулся!
-А вы чего ждали?– ехидно спросил я.– Что меня съедят и косточки обсосут?
-Ты знал, да?– удивился Тимоха.
-Я всезнающий,– ухмыльнулся я,– поживи с моё, и не то узнаешь.
Дверь открылась. Дама стояла на крыльце и смотрела на нас не слишком ласково. Я быстренько сунул документы в рюкзак.
-Прощайте, госпожа,– я поклонился,– надеюсь на нескорую встречу! Вернее совершенно на неё не надеюсь.
-Ну, ну…-она криво улыбнулась,– везуч и хитёр. Удачи, граф!
Мы выходили со двора победителями.
На электричку мы успели в самую последнюю минуту. Хорошо, что я всегда беру сразу и обратный билет– касса на станции была закрыта.
История 11-я. Ремонтный блюз.
Я с тоской глядел на кабинет. Большой, светлый…на этом положительные моменты заканчивались. Похоже, что сюда просто стаскивали всю мебель, так или иначе приходящую в негодность. Потолок в трещинах, стены мерзко-зеленого казённого цвета, на полу горбатый линолеум, местами протоптанный до дыр. Довершали картину два шкафа, выкрашенные в синий цвет масляной краской. О том, что там внутри думать не хотелось, наверно пособия, что ещё дедушку Ленина помнят… а то и отца его, вроде тоже в школе работал.
-Ну, вот, Вы тут немного приведите в порядок,– директрисе похоже тоже было не по себе,– Вы же можете, у завхоза краска есть, а мы Вам помощников дадим, у нас старшеклассники, практика… а мебель мы потом заменим, а в каникулы линолеум привезут.
-Тут столько дел, я и до зимних каникул не успею, если по уму делать,– задумчиво сказал я.
-Да Вы немножко,– директриса вцепилась в меня, как клещ,– а потом уж как следует, тут ведь только потолок, ну, и парты помыть, а так вполне можно заниматься. А на стены можно плакаты повесить. А я вам мальчиков пришлю, парты вынести, а Вы потолок, а?
Я только вздохнул. Деваться было некуда, время поджимало, я прикинул– две недели…потолок и стены– заниматься в такой казарме я бы в жизни не смог.
Я оглянулся– девицы стояли у двери.
-Так, скомандовал я,– время не ждёт, переодевайтесь и начинаем, а я к завхозу, посмотрю, что у него есть.
-У Тамары Петровны всё есть,– заулыбалась директор,– пойдёмте, понимаете, здание у нас старое, больше ста лет, вот, а в этом кабинете никто и не занимался давно, запущено немного, сами видите.
Обратно я шёл, разжившись краской, стремянкой и парой ведер. Завхоз помогала тащить стремянку, и всю дорогу полоскала мне мозги, какая у них замечательная школа, вот только бы потолки кое-где подправить…полы перестелить…в общем была рада мне безмерно.
Я влез на стремянку, чтоб оценить возможную катастрофу. Поводов для оптимизма не было– в любую минуту с потолка мог обрушиться штукатуркопад. Я прикинул– вытаскивать мебель не имело смысла, получить нехилым куском штукатурки по особо умной голове мне как-то не улыбалось, да и если на кикимор моих упадёт, тоже особых поводов для радости не будет.
Я слез со стремянки и заглянул в один из шкафов– там, к великой моей радости обнаружились старые газеты, наверное ещё с тех времён, когда детишки в красных галстуках радостно собирали всякий хлам на благо родины, а меня ещё и в проекте не было.
-Так, девы мои,– сказал я кикиморам, заинтересованно изучавшим содержимое шкафа из-за моего плеча,– берем эту макулатуру и застилаем столы, пол, шкафы…короче всё, что застилается. А я потом потолком займусь, а то рухнет на нас.
Опасливо озираясь, мы быстренько застлали газетами все горизонтальные поверхности.
-Хозяин,– Дунька поёжилась,– нечисто здесь!
-Конечно,– не удивился я,– тут сто лет не убирали!
