Под осень группа переехала в Италию, на термальный курорт Монтекатинитерме и дело заспорилось. В Италии люди считают свои деньги и работают быстро.
Финальные сцены снова приехали снимать в Питер, на Ладогу. Сева Илларионов должен был убедить Марчелло, какой он дурак, что не бросил жену и не женился на Леночке Сафоновой с такой беленькой, но чужой собачкой. Целую неделю киногруппа плавала на теплоходе по волнам Ладоги, пока в конец все не изблевались. Но расставаться не хотелось всё равно.
В Каннах фильму, который назвали «Очи чёрные» был уготован грандиозный успех. Сильвия Д’Амико и Анджелло Рицолли очень влиятельные люди не только в Италии, а талант Марчелло Мастроянни известен по всему миру, а тем более в Каннах, где заслуженным почётом и уважением пользуется его первая жена Катрин Денёв.
Марчелло получил приз за лучшую мужскую роль. Пресса сдержанно отозвалась о фильме, но отметила талантливую работу художника и сценариста Александра Адабашьяна.
Никита ему этого не простил и надолго отогнал Сашу от своей кормушки.
Собачка безвылазно жила у Сильвии в апартаментах и когда Никита со свитой зашли, чтобы забрать её на Родину, она забилась под диван и осталась невозвращенкой.
Премьеру фильма в Питере устроили в кинотеатре «Аврора». Народу набилось много. Творчество Михалкова советские люди любили. Когда пошли первые кадры и на экране появилась Леночка Сафонова с белой пушистой собачкой, в первом ряду какой-то гражданочке стало плохо. Чтобы не мешать наслаждаться высоким искусством великого мастера её взяли под руки и вывели из зала на свежий воздух под непрестанное бормотание какого-то заклинания «Дези, Дези…»
Пурга
Деревья ещё были нарядно украшены жёлтыми листьями. Через листву уже виднелись чёрные ветви и стволы. Но с утра порывистый ноябрьский ветер начал срывать листья с неистовой силой. Видимо хотел успеть до снега очистить от них деревья и навести зимний порядок. Но не успел. К полудню повалил мокрый снег. Он косо бил в окна и погружал в снежную мглу ангела на шпиле Петропавловской крепости, который был прекрасно виден из окон моего дома. Он неустанно наблюдал за нами. А вот теперь, в снежной пурге, его стало совсем не видно.
Утром я отвёл детей в школу и вернулся домой. Болела голова, саднило горло и в ногах ощущалась слабость. Как-то резко наступили холода. Видимо я вчера простудился. Позвоню на работу, скажу, что заболел. Я работал доцентом кафедры физвоспитания в Театральном институте. Вёл занятия по трюковой подготовке актёров. На группе работало два преподавателя и подменить друг друга в таких случаях проблем не составляло. Вот отвести детей в школу в субботу будет некому. Это, если жена уедет в свою турпоездку в Вильнюс. И втемяшилась же ей в голову эта групповуха. Профсоюзная халява. Спаивание трудового коллектива. Им всё равно, куда было ехать, лишь бы вместе. И напрасно я убеждал её в отсутствии достопримечательностей в литовской столице, бессмысленности и опасности пути, вспоминал наши бесчисленные путешествия по Европе — всё впустую. Отвези её в Париж, Милан, Рим, Лондон. Ещё по пути можешь заехать с ней в Венецию. Как волчицу не корми, она всё равно в лес смотрит. Как это в «Двенадцати стульях» поэт сочинял про волчицу
«Волчица — самка ты! Тебя я презираю!
К Птибурдукову уходишь от меня!»
Жена с детства была воспитана в духе пионерского коллективизма и комсомольских турпоходов. Больше всего они с мамой обожали танцы в офицерских клубах. Чтобы было много ухажёров и говорили комплименты. Шесть лет просидев дома с детьми, занимаясь воспитанием и бытом, ей хотелось компанейского бесчинства в кругу подружек по работе. А может быть и дружков? Я сам устроил её на это блатное место, после того, как доченька пошла в детский садик. Сын был уже в первом классе английской школы, куда через три года планировалось устроить и дочку. Но всё равно, отвести их перед работой по учреждениям было не трудно. Другое дело встретить. Уроки у сына заканчивались к двум часам дня и приходилось доверять ему ключи, чтобы самостоятельно добраться до дома и открыть квартиру. А дочку из детского садика нужно было забирать после четырёх часов. Потом прогулка на Петропавловской крепости. Сын должен был к этому времени уже сделать домашнее задание по всем предметам. За всем этим нужно было следить. Но жене не терпелось стать самостоятельной и реализованной в коллективе коммунистического труда. Не зря же она заканчивала институт?
Не зря! Отработав после института три года инженером на военном заводе, она ушла в декрет в 1973 году с сыном, а потом в 1977 с дочкой. Забот с зарабатыванием денег она не знала. Заработок я взял на себя. Только наслаждайтесь домашним уютом, родные.
