История полностью

1 См. VI 5,3. Подобные же действия в Камарине.

2 См. IV 102,3.

3 На самом деле потери пелопоннесцев, конечно, гораздо выше. Цифра, приведенная Фукидидом, вероятно, взята из официального спартанского отчета. Битва под Амфиполем произошла сразу же после Пифийских игр 422 г.

12. Приблизительно в это же время, в конце лета, лакедемоняне Рамфий¹, Автохарид и Эпикидид² направились к Фракийскому побережью со вспомогательным отрядом из девятисот гоплитов. Прибыв в Гераклею Трахинскую³, они занялись улаживанием тамошних непорядков⁴. Во время их пребывания там произошла битва под Амфиполем и наступил конец лета.

1 Быть может, одно лицо со спартанским посланником в Афины (см. I 139,3).

2 Эти два спартанца — лица неизвестные.

3 Брасид также шел этим путем (IV 78,1).

4 См. III93.

13. В начале зимы Рамфий с товарищами продолжал поход и дошел до горы Пиерия¹ в Фессалии. Так как фессалийцы не желали пропускать их войска через свою землю, а Брасид, к которому они должны были присоединиться, тем временем умер, то они возвратились домой. Идти во Фракию теперь, думали они, было бы совсем некстати: ведь афиняне ушли оттуда после поражения, а сами они не считали себя способными осуществить планы Брасида. Впрочем, главной причиной их ухода из Фракии была известная им еще при выступлении из Лакедемона склонность лакедемонян к миру.

1 Местоположение неизвестно (в южной Фессалии).

14. После битвы под Амфиполем и ухода Рамфия из Фессалии обе воюющие стороны уже не возобновляли военных действий и думали больше о мире, чем о войне. Афиняне, потерпев поражение при Делии и вскоре затем вторично под Амфиполем, ныне утратили ту веру в свои силы, с которой они прежде отвергали мир¹, полагая, что при своих тогдашних успехах они выйдут победителями. Кроме того, афиняне опасались, как бы их союзники, подняв голову при виде их неудач, не начали бы еще больше стремиться к отложению, и теперь даже сожалели, что не заключили мира² после удачи под Пилосом, когда для этого представился удобный случай. С другой стороны, лакедемоняне³ также склонялись к миру, так как война приняла неожиданный для них оборот: они полагали, что смогут за несколько лет сокрушить афинскую мощь, опустошив вражескую землю. Они же потерпели на острове поражение, какого Спарта еще никогда не испытывала; земля их подвергалась разбойничьим набегам из Пилоса и Кифер; илоты перебегали на сторону врага⁴, и лакедемоняне пребывали в вечном страхе, как бы те из илотов, кто еще не бежал к врагам, соблазнившись удобным случаем (как некогда раньше)⁵, не подняли восстания. К тому же вскоре истекал срок 30-летнего мира с Аргосом⁶, и аргосцы не желали заключать новый мирный договор, если им не возвратят область Кинурию⁷. Лакедемоняне же считали невозможным воевать одновременно с аргосцами и с афинянами. Они подозревали также, что некоторые пелопоннесские города готовы изменить им и перейти на сторону аргосцев, что и случилось на самом деле⁸.

1 Ср. IV 21; 41,4.

2 Ср. Aristoph. Pac.665–669. Фукидид ничего не говорит об афинских финансовых затруднениях как мотиве к миру.

3 Ср. IV 41,3.

4 См. IV 41,3.

5 В 464 г. до н. э.

6 См. 22,2; 28,2.

7 См. IV 56,2; V 41,2.

8 Ср. IV 28,2; 29.

15. Исходя из этих соображений, обе воюющие стороны решили заключить мирное соглашение. В особенности желали мира лакедемоняне, которым было очень важно вернуть своих людей, попавших в плен на острове: ведь среди пленников были знатнейшие спартиаты, связанные родством с первыми людьми в государстве¹. Лакедемоняне начали мирные переговоры сразу же после захвата в плен этих спартиатов², однако афиняне, пока счастье им благоприятствовало, еще не желали заключения мира на равных условиях. Только после неудачи при Делии лакедемоняне поняли, что теперь афиняне скорее пойдут на уступки, и поэтому сразу же предложили заключить перемирие на один год. За это время уполномоченные обеих сторон должны были встретиться и договориться о прочном мире в дальнейшем³.

1 Ср. IV 38,5.

2 IV 41,3–4,

3 Ср. IV 118,6,13–14.