– Нет, нет. Всё хорошо – отвечала она.
Чуть позже, к вздохам добавились долгие и пронзительные взгляды.
– Ты что-то хочешь спросить, моё счастье?
– Нет, нет – отвечает она – это я так, просто смотрю на тебя.
Наконец, на день седьмой, после энергичных постельных упражнений, когда мы отдыхали полностью удовлетворённые, положив мне голову на плечо и гладя ладошкой по груди Волчица, как бы невзначай, проронила.
– Хорошая свадьба была у Соле и Артёма.
Вот оно, – промелькнуло у меня – началось!
– Да, свадьба была очень хорошая.
– У вас всегда такие весёлые свадьбы бывают, там, на землях твоего народа?
– Ну, они бывают разные, но я думаю, для тех, кто любит друг друга любая свадьба – хорошая.
– Мать Артёма бала красивая? Ты любил её?
– Да, она была красивой, и я любил её. Когда-то.
– Что с ней стало?
– Она стала задавать много глупых вопросов, стала склочная, вечно всем недовольная и я отдал её другому мужчине.
Некоторое время стояла тишина.
– Правильно сделал! Зачем тебе такая. Теперь у тебя есть умная жена, не склочная и всем довольная!
– Угу. Спи! – Пауза. Думал пронесёт. Ага, как же….
– А ты танцевал свадебную пляску для неё?
– Ну-у, не то чтобы это была свадебная пляска – я вспомнил свой вальс с женой – но в любом случаи до того, что выделывал Артём, мне далеко.
Опять помолчали.
– Знаешь, ты мой единственный муж, один и навсегда. Уже давно. И другого, мне не надо.
– Это ты к чему?
– Жаль, я уже не увижу свадебной пляски в мою честь.
– А такжевисочных колец, браслета, колечка на палец?
– Ну-у-у….
– Хочешь я сделаю тебе всё это, а пляску прям здесь забабахаю, сейчас. Ну, как смогу.
– Нет – она вскочила на меня верхом – это не то! Я знаю, ты делаешь для меня всё, что обещаешь, но это не то! Я бы хотела, что бы это было, как и для Соле, при всех! Для меня одной! – Она закрыла глаза, подняла руки и начала медленно покачиваться из стороны в сторону. Полные полушария её грудей начали совершать откровенно эротические эволюции перед моим носом. – Мой муж пляшет для меня – промурлыкала она, не открывая глаз – это так здорово!
– Так! Стоп! – я ухватил её за груди, останавливая завораживающие движения. – А ты не подумала, что если я это сделаю для тебя то, и другие женщины захотят такого же от своих мужчин?
– Да! – она распахнула свои невозможные глаза и уставилась на меня с таким видом, будто я открыл для неё невозможную истину. – Правда! Очень может быть! Я у них спрошу!
– Что ты у них спросишь? Готовы ли они что бы их осыпали красивыми побрякушками, плясали в их честь, называли любимыми и всё-такое прочее…. Так я тебе как Великий Знающий и так скажу! Они ответят – «Да! Хотим! И как можно быстрее1».
– И что?
– И всё! Вместо дел, охоты, строительства и всего остального мы будем плясать перед вами до нового года!
Белая Волчица грустно вздохнула. Мы помолчали.
– Как представлю, какие коленца будет выписывать старая жужелица Хатак перед або Светлый Ручей, мне уже гоготать хочется.
Белая Волчица на секунду представила себе это и прыснула…
– Ты думаешь, она потребует от него такое? Она не настолько жестока!
– Белёнок, она двадцать лет за ним по прериям гонялась. Он и жив-то лишь потому, что для племени очень нужен, а так бы она его, того….
Соски подмоими ладонями затвердели, самим ладоням стало жарко, Белая Волчица навалилась на меня и мы слились в долгом поцелуе.
– Но, что же скажет мой вождь! – промурлыкала она, когда мы рассоединились.
– Вождь будет растекаться мыслию по древу, советоваться и думать думу, что теперь со всем этим делать! Ведь вы же не отстанете?
Волчица скорчила моську и неопределенно пожала плечиками.
– Неотстанете! – констатировал я – Эх, ма! Сынок, сынок….
Через неделю, тихий бубнеж в женском стане превратился в отчётливо слышимое роптание. Вот что, цивилизация и комфорт животворящий делает! Сидели бы они сейчас, как раньше, в дымном чуме, перебивались бы с кореньев на лягушку, а с лягушки на ракушку, а если вдруг мясо, то праздник! Носили бы кусок шкуры вокруг бёдер, замызганнй до степени полной неузнаваемости принадлежности, расчёсывали пятернёй немытые волосы и не о каких височных кольцах и не помышляли. И замуж выходили бы по упрощённой версии. Схватил брутальный кривоногий абизян за волосы, дал дубинкой по голове и в гнездо…. Но грянул прогресс, и поступь его, как утверждают классики, не остановить. Вставать на «баррикады», что бы остановить этот вал я не только небыл готов но, и не хотел. Женщины теперь знают, как может быть хорошо, а я, как Великий Знающий, в курсе как может быть плохо, если им этого не дать! Я созвал Большой Мужской Совет!
– Ну, – начал я, когда мы все собрались на нашем катамаране подальше от чутких и любопытных ушей – и что, будем делать? – Разъяснять свой риторический вопрос особой необходимости небыло. Все начали переглядываться и корчить разнообразные рожи изображая мыслительный процесс.
– Вот, я же тебя предупреждал, сынок…. Вот и аукнулся, нам всем, твой свадебный выпендрёж.
