3. Вскоре после своего восшествия на престол король женился на Екатерине Арагонской, вдове своего брата Артура и дочери короля Испании Фердинанда V[19]. Он ее не выбирал и не любил; это был политический брак. Для Англии того времени, второразрядной державы, союз с Испанией был честью и гарантией. Так что когда преждевременная смерть Артура разрушила этот союз, совет, желая сохранить Екатерину королевой, упросил Генриха принять ее в качестве жены. Однако каноническое право воспрещало браки между деверем и невесткой; пришлось добиваться папской буллы (1503) и доказывать, что первый брак Екатерины фактически не состоялся. Нашли свидетелей, готовых в этом поклясться, и в день своего бракосочетания с Генрихом Екатерина носила косы распущенными. Все эти факты будут иметь значение позже, когда король захочет с ней развестись. В начале своего царствования Генрих лично совсем не правил, оставив всю власть министру, которого сам себе назначил, «Томасу Уолси, сыну богатого мясника из Ипсвича, которого папа по просьбе короля сделал кардиналом». Главными чертами «этого малого из Ипсвича» были властолюбие и тщеславие.
Неизвестный художник. Портрет Екатерины Арагонской. Копия XVIII в. с оригинала 30-х гг. XVI в.
4. Внешняя политика была любимой игрой Уолси. В то время на континенте, как и в Англии, из феодальной борьбы рождались сильные монархии. Если бы одна из них, Франция или Испания, одержала верх над всеми прочими и стала господствовать в Европе, как бы это сказалось на положении Англии? Ее естественной ролью должно было стать поддержание равновесия сил, «баланса могущества». Эта мобильная, а по сути своей непостоянная политика, которая могла показаться вероломной, поначалу удалась: Франциск I и Карл V соперничали друг с другом за союз с Генрихом VIII. В «Златопарчовом лагере» короли Франции и Англии устроили такую демонстрацию пышности, с которой уже ничто и никогда не могло сравниться. На следующий день после этой встречи Уолси приготовил другую, между своим государем и императором. Кардинал довел свое двуличие до того, что велел перехватить собственные депеши, чтобы получить контрприказ от имени короля. Отправил на международную конференцию посла, снабженного взаимоисключающими инструкциями, одну часть которых тот должен был тайно показать испанцам, другую — французам. Долго притворяясь, будто благоволит союзу с французами, Уолси в конце концов выбрал императора, потому что этого требовали английские купцы. Прекращение торговли с Испанией и Нидерландами разорило бы торговцев шерстью и суконщиков. Но коммерция — плохой дипломатический советник. Пожертвовав Франциском I, Англия нарушила баланс сил в пользу Карла V. После битвы при Павии (1525) император, властитель Испании, Италии, Германии и Нидерландов, стал хозяином Европы. В частности, папа оказался от него в полной зависимости, что косвенным образом повлечет за собой падение Уолси.
Неизвестный художник. Портрет Анны Болейн. 1533–1536
