– Ах, какая досада, видимо теперь у меня будет реальная причина изгнать тебя из башни. Ведь ты злостно отлыниваешь от своих обязанностей, – издеваясь, заметила Митриэль.
– Ты действительно думаешь, я – такая ведьма, что исполняет свои обязанности? – скривив губы, поинтересовалась воительница.
– Нет, конечно, я была бы дурой, считай, что ты будешь исполнять свои обязанности. И я искренне надеюсь, что завтра рано утром ты официально откажешься от их исполнения. И тогда я с огромной радостью вышвырну тебя из башни, навсегда.
– Изгнание… в этом есть некий шарм… – вновь входя в колею обычного для себя разговора, заявила призрачная ведьма и усмехнулась.
Митриэль довольно улыбнулась и поинтересовалась елейным голоском:
– Значит, я могу идти готовиться к большому празднику?
Мечница обернулась, посмотрела на подругу, потом вновь на свою противницу и отрицательно покачала головой:
– Не дождёшься. Я согласна присмотреть за этой мелюзгой. Только не думай, что если какая-нибудь дура решит спрыгнуть в пропасть я её спасать не собираюсь.
– Ну… пропастей вообще-то в том мире нет, – произнесла ведьма мысли пожимая плечами и направилась к лестнице. Белит нахмурилась, даже сделала пару шагов за ней, спросив в спину:
– В каком мире?
– Номер 87, – ответила Митриэль, не оборачиваясь, и скрылась.
Воительница замерла, уставившись в одну точку. Вестница с тревогой заглянула ей в лицо, не решаясь, впрочем, задавать вопросов. Миг было тихо, а потом призрачная ведьма резко выдохнула:
– Эта сука издевается!
Певица вздрогнула при этом грозном крике и осторожно поинтересовалась:
– А в чём собственно дело?
– Мы идём в мир 87, вот в чём! – резко ответила призрачная ведьма и добавила, шипя сквозь зубы, – Который носит название: Роднички.
– Это мне ни о чём не говорит, – осторожно заметила девушка.
– В этом мире негде умереть и не от кого! – выпалила женщина и сокрушённо покачала головой, – А это значит, что мы просто целый день будем шататься по тупому миру в компании тупых учениц! Что может быть хуже?
– Ну… это ведь не так уж и сложно… – неуверенно произнесла Ариада.
Белит махнула на неё рукой, заставляя смолкнуть, и недовольно, но обречённо буркнула:
– Это скучно! К тому же придётся идти по указке этой суки Митриэль! Ненавижу!
Вестница сочла за благо промолчать. Воительница кипятилась ещё пару минут, пока не расколошматила об стену подвернувшуюся под руки вазу. Из боковой двери высунулась ведьма в халате и очках, зевнув, она заметила:
– Белит, если ты не заметила, Митриэль уже ушла, так что изволь заткнуться и перестань ебать мне мозги своими криками, я итак уже неделю не высыпаюсь.
– Рада, не раздражай меня!
– А ты меня, или сейчас возьму и натравлю на тебя какую-нибудь зверушку из своего кошмара. Хочешь быть изнасилованной осьминогом с тридцатью членами?
– Однако, – хмыкнула призрачная ведьма, – Весёлые у тебя сны.
– Какие уж есть…
– Может тебе просто надо потрахаться, чтобы всякие многочлены в голову по ночам не лезли?
– Если бы всё было так просто, думаю, я просто не с тем миром синхронизировалась, – буркнула Рада и поправила очки, – А теперь всё же заткнись и дай мне поспать.
– Ладно-ладно, – ворчливо отозвалась Белит, – Иди уже к своему осьминогу.
Манипуляторша реальности что-то невнятно буркнула и хлопнула дверью. Воительница обернулась к своей смущённой подруге. Певица улыбнулась и робко заметила:
– В прошлый раз она показалась мне более сдержанной.
– Кто? Рада?
– Да…
– Ну… не знаю, – пожала плечами призрачная ведьма, заходя в свою комнату.
– Вы давно знакомы?
– Ага. Прилично, ещё со времён ученичества, – отозвалась мечница, после чего хитренько усмехнулась и добавила, – И да, несколько раз мы делали это.
– Я вовсе не удивленна, – спокойно произнесла Ариада.
– Твоя невозмутимость начинает меня раздражать, могла бы немного поревновать приличия ради.
Вестница лишь пожала плечами. Воительница фыркнула и, неожиданно облизнувшись, спросила:
– Как ты думаешь, среди этих учениц будет какая-нибудь сексуальная мордашка – подкласс суккуба?
– Только не говори мне, что ты собралась…
– Почему бы и нет?
– Белит, а ты уверенна, что тебе можно совращать своих временных подопечных? – поинтересовалась певица, решив зайти с другой стороны.
– Конечно можно. Мораль у ведьм, также как и у меня, отсутствует по определению. К тому же об этом никто не узнает, а даже если узнают тем только лучше, представляю, как это позлит Митриэль.
Ариада печально вздохнула, покачав головой:
“ Предстоит непростой день… ”
Наступил новый день, новое утро, весьма раннее утро. Ариаде едва удалось поднять Белит с постели, воспользовавшись своим природным обаянием, а также парой-тройкой страстных поцелуев, впрочем настроение у воительницы всё равно было не из лучших, ибо кроме поцелуев утреннего секса она так и не получила.
– И зачем только надо вставать в такую рань… – проворчала себе под нос мечница, подтягивая перевязь с клинком, – Не могли до обеда хотя бы подождать? Так мне пришлось бы вдвое меньше возиться с этой мелюзгой.
