Не тут-то было. После своей печальной исповеди полукровка твердо вознамерился отдать Лугу душу. Хотя на что Лугу такая озлобленная душа? На повышенных тонах Ом потребовал, чтобы я оставил его помирать спокойно, а сам шел своей дорогой. Ну, тут я ему был не помощник. У него свои счеты с судьбой, у меня свои. Пришлось опять вырубить и взвалить на плечи его обмякшее тело. Идти, понятно, стало вдвойне тяжелей. А тут и призраки подоспели:
- Умри… умри… умри…
- Дай… дай… дай…
- Отец… отец…
И все в таком духе. Амулет потеплел, а я шел и тихо радовался, что Лютый всего этого не слышит. Сам я с этакой ношей на спине бегать по пустыне за прозрачным хороводом не мог, да и призывы эти уже приелись. Так что, когда один из призраков вдруг отчетливо произнес:
- Слава Лугу, вы живы, Рик! - я не сразу даже обратил внимание.
Передо мной стоял Дрианн. Перепуганный, глаза бешеные, но ничего, держался.
- Он здесь!
К нам подбежали Зарайя и Бил. Приняли на свои плечи висящего без чувств Лютого.
- Что, тоже Дэви покусала?
Так вот, оказывается, что это за тварь была… Я поплелся вслед за капралами туда, где в вечерней синеве взблескивали далекие всполохи костра.
- А у нас-то что творилось! - на ходу рассказывал Зарайя. - Как вы исчезли - мы не заметили. Спохватились, на поиски собрались, а тут… Дэви этих - целая рота! Налетели - и давай телесами трясти! Солдаты за ними, как кобели! Разбежались, кто куда…
- Что, все? - ужаснулся я.
- Не, - гордо произнес Бил, демонстрируя деревянный кружок. - У кого амулеты были, те первое время сдерживались. А уж потом увидели, что это за бабы такие, и что они творят.
- Но какие красивые - мечтательно протянул Дрианн.
Ясно, у этого все красивые: и тролли, и гоблины, и нечисть всякая.
- Мастер Триммлер молодец, - одобрил Зарайя. - Вскочил - и ну топором махать. Машет и орет: "Бошки им рубите!" С десяток, наверное, перекрошил. Потом и мы подтянулись…
- А потом пошли солдат собирать, - вздохнул Бил. - Двоих гадюки насмерть высосали.
- Капралы все целы?
- Живы, да не целы. Добба, Сайма и Флиннела хорошо покусали, Йоку грудь расцарапали, Эцони ухо чуть не отгрызли… Эх… Ну, ничего, гном их всех живо подлечил, - повеселел Зарайя.
У костра мастер Триммлер пользовал увечных. Вокруг него расположилось десятка два воинов разной степени покусанности. Были среди них и капралы, вполне живые и даже веселые.
- Клади сюда! - деловито распорядился гном, раскаливая на огне лезвие широкого ножа. - Они, Дэви эти, видимо, при укусе что-то в ранку впрыскивают. Слюна у них ядовитая, вот кровь и не останавливается. Похоже на укус
Мастер Триммлер приложил раскаленный нож к ране на шее Ома. Раздалось мерзкое шипение, запахло горелым мясом. Я отвернулся, разыскал свой мешок и вытащил банку с заживляющей мазью. Ее оставалось совсем немного. Эх, мне бы лабораторию сейчас! Я бы ведро этого зелья наделал.
Так мы с гномом на пару и занимались целительством.
- Мастер Триммлер, - спросил я, обрабатывая царапины последнего страждущего, - а что, вы сами-то… совсем не захотели… Дэви этих?
- Ха! - фыркнул тот. - Что я, титек не видел, что ли? У нас в Гольтенвейер все бабы ядреные!
В душе позавидовав горному народу, я отправился спать. Впрочем, думаю, дело обстояло гораздо проще: гномы обладают меньшей чувствительностью к магии, во всяком случае, нужно нечто большее, чем такие вот примитивные чары, чтобы сбить их с толку. Сил хватило лишь на то, чтобы выбрать удобный барханчик и завернуться в плащ. Закрыв глаза, я с наслаждением приготовился провалиться в сон. Лагерь постепенно затихал, задремывал и я… Но ненадолго! Вы угадали, конечно, это была она, проклятая… обратная тяга. Я вскочил на ноги, озираясь в поисках кайлара. Тянуло явно от костра, где сидели Давин и Зарайя, добровольно вызвавшиеся постоять на часах. Впрочем, рассмотреть, кто из них колдует, я не успел: под ноги шмыгнуло что-то, чернее самой ночи, и обвилось вокруг сапога. Тут же откуда-то из воздуха, шипя, сверзился Бродяга и сцепился с тенью, по форме похожей на змею. Оторвав ее от моей ноги, он покатился с ней в обнимку по песку, и похоже, перевес был не на стороне демона. Я соорудил первое, что пришло в голову. По странной случайности, это была "Утренняя роса". Что к чему? Сам не понял. Над дерущимися повисло крохотное жемчужное облачко, вскоре рассыпавшееся перламутром капель. Удивительно, но змея исчезла.
- Интуитивно сработано, барон, - отряхиваясь, то ли похвалил, то ли упрекнул Артфаал. - Что не выносит заклятие Змеи-сухотки, так это воду.
Но я уже не слушал его, а несся к костру, предвкушая момент истины. Добежал и остановился в отупении: оба часовых - и Давин, и Зарайя - лежали на песке, и, похоже, мирно спали.
- Сонный морок, - бесшумно подкравшись, вынес свой вердикт лорд Феррли. - М-да, ослабел ваш противник. После "Тени посмертия" - такая банальщина! Но не расслабляйтесь, барон, это ненадолго. Он окрепнет и примется за вас с новыми силами.
