Японские археологи обычно выделяют две стадии эволюции палеолитических орудий. Границу между ними образует идентифицируемый вплоть до севера Хонсю слой пемзы, образовавшийся в результате извержения вулкана на месте нынешней кальдеры Айра на севере Кюсю (21–22 тысяч лет назад). Если до этого времени каменные орудия (наиболее представительными являются рубила, трапециевидные скребки, примитивные ножи) демонстрируют единообразие на всей территории палеолитической культуры в Японии, то после извержения уже наблюдается культурная диверсификация.
Как и повсюду в это время, палеолитическое население архипелага занималось охотой и собирательством. На территории Японии, соединенной в то время с континентом сухопутными мостами, водились вымершие позже мамонты и бизоны.
Японские археологи утверждают, что уже в период позднего палеолита некоторые каменные орудия труда (ножи и топоры) демонстрируют определенное своеобразие, что позволяет говорить о существовании уже в это время зачатков своеобразной японской культуры (при этом, правда, не существует работ, подтверждающих преемственность более поздней «японской культуры» по отношению к палеолитической).
Более оправданным выглядит региональное противопоставление Юго-Западной и Северо-Восточной Японии (японские ученые традиционно называют эти регионы «западной» — к юго-западу от долины Нара, и «восточной» Японией — к северо-востоку от долины Нара) по технике обработки каменных орудий. При этом Северо-Восточная Япония (Хоккайдо, северо-восток Хонсю) обнаруживает сходство с палеолитическими культурами Сибири, а Юго-Западная — с обитателями Корейскою полуострова. Таким образом, культурное своеобразие «западной» и «восточной» Японии, наблюдающееся позднее на всем протяжении японской истории, уходит корнями в эпоху верхнего палеолита.
Сильные разногласия среди японских ученых вызывают базовые оценки каменного века. Многие из них, исходя исключительно из типологии каменных орудий, склонны не выделять мезолитическую стадию, а переходить от палеолита сразу к неолиту (хота, как будет показано ниже, японский «неолит» также обладает значительной спецификой).
Однако в любом случае носителей палеолитическо-мезолитической (или же «докерамической») культуры на территории Японии никак нельзя признать за предшественников современных японцев. Это утверждение вряд ли возможно оспорить как с фактической, так и с теоретической точки зрения: палеолитические памятники вообще демонстрируют скорее общность и единство человеческой культуры, чем ее диверсификацию — явление, характерное для неолита (во всяком случае, в его «классическом» понимании) и энеолита. До этого же времени мы имеем дело не с историей народа (протонарода), а с историей определенной территории и сопутствующего ей населения.
