Остановимся более подробно на взглядах Г. Маркузе. Свои теоретические построения он начинает с выявления специфики человеческой жизни. Эту специфику, настаивает он, следует искать в сфере влечений. Вслед за Фрейдом Маркузе признает, что влечения связаны с побуждениями человеческого организма, которые не только имеют телесную и психическую форму выражения, но и претерпевают изменения в процессе исторического развития. Как и Фрейд, он считает, что в сфере влечений действуют два механизма: Эрос – влечение к жизни, основу которого составляет сексуальная энергия, и Танатос – влечение к смерти. В качестве методологической основы своих размышлений о человеке Маркузе выбирает фрейдовскую модель личности, где личность рассматривается как динамическое взаимодействие трех инстанций – Оно (сфера влечений), Я и Сверх-Я. Особое внимание Г. Маркузе уделяет анализу Сверх-Я, которое представляет собой совокупность норм, правил, запретов, усвоенных личностью в процессе социализации. Если для 3. Фрейда эти запреты носили универсальный характер, т. е. были присущи любому обществу, согласно Г. Маркузе, они носят исторический характер. У 3. Фрейда система контроля, подавления влечений называлась принципом реальности, Маркузе же подчеркивает, что в условиях капитализма и экономической конкуренции принцип реальности трансформируется в принцип производительности. Для него очевидным является тот факт, что механизмы подавления влечений находятся не только в культуре, но и в социально-экономической сфере. В детском возрасте, отмечает он, действует Эдипов комплекс, где конкретным носителем запретов выступает отец. Затем к нему присоединяется социальное давление в виде производства и отчужденного труда, которые становятся основой дополнительного подавления – прибавочной репрессии. С точки зрения Г. Маркузе, производство носит противоречивый характер. С одной стороны, оно необходимо для обеспечения свободы, с другой – грозит разрушить саму человеческую культуру. Не менее парадоксальной, по его мнению, является и культура: с одной стороны, она представляет собой результат сублимации влечений – перевода их в социально приемлемые формы, что позволяет реализовать энергетический потенциал Эроса и творческие возможности личности, с другой – культура содержит в себе запреты, сдерживающие эти творческие устремления. В условиях господства производства и принципа производительности сублимация направлена либо вовне, в трудовую сферу, либо внутрь самой личности в виде механизма совести, но только не в сферу наслаждения. Поэтому в современном капиталистическом обществе, согласно Г. Маркузе, есть средства удовлетворения потребностей, но нет наслаждения от этого удовлетворения. Это означает, что человек утратил эстетическое измерение своего бытия.
В противовес К. Марксу, считавшему источником исторического развития противоречие между производительными силами и производственными отношениями, Маркузе утверждает, что основой социальной динамики является конфликт между индивидуальным и социальным. Конфликт, по его глубокому убеждению, является следствием репрессивной функции социальных форм человеческого существования по отношению к сфере Оно (влечениям).
Представитель неомарксизма подчеркивает, что в те исторические периоды, основной характеристикой которых является производство, не существует никакой свободы реализации влечений. Современное общество, отмечает он, не просто подавляет влечения большинства, оно формирует у индивида ложные, репрессивные потребности, которые привязывают его к социуму. Личность лишается возможности для автономного развития, и, как следствие, – в развитом индустриальном обществе формируется особый тип личности, названный теоретиком неомарксизма «одномерным человеком». Одномерный человек – это человек-потребитель, не способный отличить ложные потребности от подлинных, человек со сниженным уровнем критичности, социальное существо, сознанием которого можно успешно манипулировать.
Согласно Г. Маркузе, основу западной цивилизации составляет технологическая рациональность, ориентированная на порабощение природы и приспособление ее к интересам человека. На практике такая рациональность оказывается иррациональной, поскольку она чревата исчезновением самого человека. Маркузе не ограничивается критикой западной цивилизации, он предлагает проект трансформации позднекапиталистического общества, выбирая в качестве исходного методологического принципа идею тотального отрицания, позаимствованную у представителей франкфуртской школы. В работах Г. Маркузе эта идея получила название «Великий отказ», т. е. радикальный отказ от репрессивной цивилизации и ее ценностей.
