Спарта тем не менее отказывалась признавать Афинский морской союз, и это должно было, разумеется, беспокоить афинян. Убедившись, что дальнейшее расширение их власти оружием наталкивалось на непреодолимые трудности, афиняне пытались достигнуть этой цели мирными путями. Периклу удалось провести через народное собрание постановление[215], призывающее всех греков, в каком бы месте Европы или Азии они не жили, будь то большое государство или малое, послать депутатов на общеэллинский конгресс в Афины. В задачи этого конгресса входили прежде всего вопросы религиозные, но под религиозной оболочкой проводилась мера большой политической важности. Боги были общегреческими, и поэтому забота об их храмах была общегреческим делом; когда храм бога погибал от землетрясения или от нашествия варваров, производились сборы на восстановление храма в различных греческих государствах. Перикл, опираясь на эти взгляды и обычаи, хотел поставить на конгрессе вопрос о восстановлении на общегреческий счет храмов, разрушенных персами в 480—479 гг. Так как больше всего пострадал от персов афинский Акрополь, то это фактически было планом отстроить афинские храмы (прежде всего Парфенон) в новом роскошном виде на общегреческий счет. Если бы этот план удался, Афины превратились бы в религиозный центр Греции, и, разумеется, афинянам нетрудно было бы обеспечить себе фактическое руководство этими храмами. Второй задачей конгресса было установление таких норм, при которых «все могли бы жить, не опасаясь нападения, и чтобы между всеми греками был мир». Фактически это означало превращение Афинского морского союза в общегреческий и признание афинской гегемонии на море. Афины стали бы в таком случае и религиозным и политическим центром всей Греции.
Такое руководство всей Грецией Спарта, как глава Пелопоннесского союза, считала своей неотъемлемой прерогативой. Спартанцы, кроме того, прекрасно понимали, что в случае дальнейшего усиления Афин, неизбежно должно было бы усилиться демократическое движение как среди пелопоннесских союзников, так и в самой Спарте, и что события 459—457 гг. могут повториться снова. Коринф также вряд ли мог забыть, что ему еще недавно, в связи с успехами Афин, угрожал крах; и теперь, несмотря на мир, Афины, владея Мегарами и Эгиной, были постоянной угрозой для Коринфа. Поэтому спартанцы приложили все усилия, чтобы сорвать намеченный Периклом конгресс, и это им удалось. С другой стороны, спартанцы всячески поддерживали и разжигали недовольство среди малоазийских союзников Афин; афинянам приходилось бороться не только с «самими восстающими союзниками, но и с теми из пелопоннесцев, которые были замешаны в каждом случае восстания» (Фукидид, I, 97).
Самый факт заключения мира с Персией неизбежно усиливал среди союзников брожение. В самом деле, афинский союз был основан для борьбы с Персией, а после заключения мира с ней он, казалось, терял смысл; вносимый же членами союза форос представлялся простым вымогательством.[216] Еще немного раньше 449 г. восстал Милет, может быть, по тайному соглашению с Персией. Брожение должно было еще усилиться, когда, после неудачи конгресса, афиняне осуществили первый пункт его программы и стали отстраивать афинский Акрополь на общесоюзный счет. Афинские олигархи, руководимые Фукидидом из Алопеки и не желавшие политического усиления афинской демократии, со своей стороны разжигали недовольство союзников, указывая на то, что средства, собранные для борьбы с персами, расходуются на украшение Афин. Все это не могло не вызвать тревоги в Афинах.
Около этого времени Перикл предпринял, по-видимому, с целью дальнейшего укрепления Афинского морского союза, инспекционную поездку, в частности в Херсонес Фракийский, разоряемый фракийцами. Он восстановил защищавшую Херсонес стену, построенную при Мильтиаде и впоследствии разрушенную. В наиболее опасные места, особенно там, где можно было ожидать нашествия соседей-варваров,[217] были выведены афинские военные колонии, клерухии. В иных случаях эти клерухии представляли просто военные поселения для предупреждения возможных восстаний. Такие колонии были высланы, например, на острова Наксос и Андрос. Основание этих колоний служило в то же время действенным средством для уменьшения в Афинах безработицы.
