По мере угасания движения гражданского неповиновения некоторые индийские деловые группы все больше склонялись к сотрудничеству с британцами. В конечном итоге индийский бизнес выступил за перемены в политике Конгресса – от массовых движений к конституционным мерам, включая участие в провинциальных правительствах. Именно в этом направлении шло лоббирование интересов индийского бизнеса в политическом руководстве Конгресса. В октябре 1933 г. появились планы возрождения Партии свараджа. В апреле 1934 г. эти планы были поддержаны рядом видных конгрессистов, такими как Бхулабхаи Десаи, М.А. Ансари и Б.Ч. Рой. Тогда же Ганди писал Бирле: «В Конгрессе всегда будет партия, которая поддерживает участие в законодательных органах. Бразды правления Конгресса должны быть в руках этой группы»[434].
В середине 1930-х годов в Конгрессе произошло сближение ортодоксальных приверженцев гандистской конструктивной программы и сторонников участия в законодательных органах. Оно было направлено против растущего влияния левых в партии, главным образом Дж. Неру. Крупный бизнес сыграл важную роль в процессе формирования и укрепления правого крыла в Конгрессе в лице таких авторитетных конгрессистов, как Раджендра Прасад, Раджагопалачари, Валлабхаи Патель и Крипалани.
В середине 1930-х годов по мере нарастания национально-освободительного движения и вовлечения в него широких народных масс Конгресс стал испытывать сильное давление со стороны левого молодежного крыла партии, наиболее яркими представителями которого были Джавахарлал Неру и Субхас Чандра Бос. Оба выступали сторонниками развития Индии по социалистическому пути.
Левые идеи и левое движение в Индии имели глубокие корни. В первые годы после создания Конгресса некоторые из его лидеров поддерживали связи с руководителями рабочих движений в Европе. Более того, даже умеренные конгрессисты, такие как Дадабай Наороджи, обращались за поддержкой к английским социалистам в борьбе за освобождение Индии от британского господства. В ответ на критику со стороны консервативно настроенных националистов Наороджи писал в 1901 г.: «Не следует поддаваться предрассудкам в связи с тем, что именно социалисты помогают нам… Наша неожиданная удача состоит в том, что делом Индии заинтересовалась мощная и растущая организация, которой во многом принадлежит будущее»[435].
Другой видный общественный деятель того времени М.Г. Ранаде подчеркивал, что теория laisser-faire не является универсальной и не может без ограничений применяться ко всем странам. В такой бедной стране, как Индия, государство должно играть активную роль в экономическом развитии. Государство, отмечал он, все больше признается как национальный орган, обязанный проявлять заботу о национальных нуждах в тех вопросах, в которых индивидуальные и кооперативные усилия, по всей видимости, не настолько эффективны и экономичны, как усилия государства[436].
Социалисты в Великобритании указывали на то, что колониальное господство является главной сутью британского империализма. Эта идея привлекла внимание индийских общественных деятелей. Ссылки на социализм стали появляться в речах и статьях индийцев уже в начале XX в. После окончания Первой мировой войны Лала Ладжпат Рай заявил, что Индия должна придерживаться целей, выдвигаемых Лейбористской партией Великобритании. Он утверждал, что анализ К. Маркса пороков капиталистического общества оказался правильным. Однако Лала Ладжпат Рай не был марксистом и не разделял доктрину коммунизма[437]. Но на Лала Ладжпата Рая, а за ним и на лидера бенгальской организации Конгресса Бепин Чандра Пала большое влияние оказала Октябрьская революция 1917 г. в России. В этой связи они не раз предупреждали, что если в Индии не будут предприняты адекватные меры по исправлению сложившегося положения, то это может привести к такому же взрыву, как в России.
Вместе с тем представления Лала Ладжпата Рая и Б.Ч. Пала о социализме не были четкими и последовательными. Так, Пал говорил об «индусском социализме» и даже о «языческом социализме». А Лала Ладжпат Рай писал: «Мы знаем, что не можем идти под флагом социализма. Мы никогда не изучали его». По сути дела, до революции 1917 г. в России лишь немногие индийцы были знакомы с социалистическими идеями[438].
В это время в Конгрессе обозначились три главных направления деятельности: осуществление гандистской конструктивной программы, работа в законодательных органах и пропаганда социалистической идеологии.
Первое направление пользовалось широкой поддержкой консервативных лидеров Конгресса и деятелей культуры, таких как Рабиндранат Тагор, известных ученых – Дж.Ч. Боса, Ч.В. Рамана, а также промышленников, в том числе Г.Д. Бирлы. В декабре 1914 г., в соответствии с решением Конгресса, была основана Всеиндийская ассоциация по развитию сельской промышленности под руководством Ганди и при финансовой помощи Джамналала Баджаджа.