В подобных условиях под сильнейшим нажимом Кохрэна нового американского представителя в Комиссии ООН по Индонезии, как стала теперь именоваться. КДУ, голландцам пришлось с начала 1949 г. пойти на новый тур переговоров, показательно, что они оказались вынужденными вступить в контакт с плененными лидерами Республики, для чего собрали всех их в одном месте — на о. Банка. 7 мая после трехнедельных препирательств было подписано соглашение Рум — фан Ройен, названное так по именам глав делегаций сторон[42]. Также был еще один компромиссный документ. Голландцы обязались прекратить военные действия, отвести свои войска от округа Джокьякарты (5 кв. км) и возвратить туда президента и правительство РИ; освободить политзаключенных и военнопленных республиканцев, признать Республику интегральной частью СШИ; не создавать новых штатов на территории, которой она владела до 19 декабря 1948 г. Таким образом голландцам пришлось публично признать фиаско своей основной стратегической цели. Со своей стороны, республиканские лидеры соглашались отдать приказ о прекращении партизанской войны, совершенно парализовавшей голландскую систему управления Явой, «сотрудничать в восстановлении мира и порядка», участвовать в Конференции круглого стола КМБ) в Гааге наряду с голландцами и Федеральной Консультативной Ассамблеей (БФО), чтобы ускорить передачу голландцами суверенитета СШИ.
Правящие партии РИ и командование ТНИ не были удовлетворены соглашением. Они с возмущением подчеркивали на отсутствие обязательств голландцев отозвать войска со всей территории РИ (согласно Рéнвиллу) и провести плебисциты в штатах под эгидой ООН, а также указывали, что Республике в палате представителей будущих СШИ отведена лишь треть мандатов вместо обещанной половины. Лишь в конце мая Машуми и НПИ заявили о поддержке соглашения. ТНИ, не доверяющая голландцам, продолжала боевые операции до середины августа.
6 июля 1949 г. Сукарно и Хатта торжественно прибыли в Джокьякарту, оставленную голландскими войсками. Было восстановлено правительство Хатты. Оно немедленно выступило с инициативой проведения межиндонезийских конференций, желая еще до КМБ в Гааге выработать на основе взаимоприемлемого компромисса общую позицию двух индонезийских делегаций: Республики и «государств БФО». Эту задачу удалось полностью выполнить. Согласно решениям двух конференций (в середине и конце июля 1949 г.), предусматривалось создание СШИ как «федеративной демократической республики» с двухпалатным парламентом и внутренней автономией штатов. Таким образом, Республике пришлось принять федерализм и признать режимы штатов, созданные НИКА. Зато лидеры БФО согласились решать все спорные вопросы без вмешательства голландцев, централизовать управление всеми финансовыми, внешнеторговыми и военными делами в руках правительства СШИ, слить все вооруженные формирования всех штатов и Республики в единой армии СШИ (АПРИС), ядром которой должна была стать ТНИ[43].
Уступки федералистов имели решающее значение. Они передавали командные позиции наиболее популярным, радикально настроенным антиколониальным деятелям — лидерам РИ. Межиндонезийские конференции, таким образом, закрепили отрыв федералистов от голландцев и сорвали реализацию второй, третьей и четвертой стратегических целей голландцев.
11 августа 1949 г. на Яве и 15 августа на Суматре было наконец достигнуто прекращение огня, после чего делегация РИ во главе с Хаттой и делегация БФО, возглавляемая, султаном Понтианака Хамидом II, выехали в Гаагу для участия в Конференции круглого стола (КМБ), которая проходила с 23 августа по 2 ноября 1949 г. К разочарованию правящих кругов Нидерландов, обе индонезийские делегации выступили единым фронтом против неоколониалистских и империалистических поползновений голландцев. Комиссия ООН по Индонезии (КООНИ, бывшая КДУ) присутствовала на КМБ в роли наблюдательно–совещательного органа.
НИКА была распущена. Нидерланды безоговорочно признали полный суверенитет Соединенных Штатов Индонезии в составе 16 государств. Каждое из них, включая РИ, имело по 2 представителя в сенате СШИ, который становился оплотом федеральной системы. В палате представителей Республике отводилась треть мест. Ее границы как штата фиксировались в пределах, установленных Ренвиллом; таким образом, РИ представляла 40% населения Индонезии. СШИ объявлялись равноправным членом Голландско–Индонезийской унии. Но по настоянию индонезийских делегаций королева Нидерландов становилась лишь номинальным ее главой, а сама Уния была оформлена скорее как международный договор, чем как прочное межгосударственное объединение. Общими органами били лишь постоянный секретариат и арбитражный суд. И все же в вопросах внешней политики, внешней торговли и обороны суверенитет СШИ был урезан: они должны были согласовывать все свои действия с Нидерландами.
