Очевидно, эти указы оказались малоэффективными, ибо в 1432 г. в Вальядолиде, с одобрения короля, сошлись депутаты еврейских общин Кастилии, которые выработали текст соглашения (секамы) и устава, согласно которым евреям, дозволялось избирать судей — дайянов, синдиков или инспекторов и облеченных доверием лиц в особые судебные трибуналы и запрещалось прибегать к юрисдикции христианских судов — все их дела, как уголовные, так и гражданские, должны были разбираться только дайянами. Судя по уставу, принятому в Вальядолиде, в еврейских общинах превосходно была поставлена система религиозного воспитания — имелись оплачиваемые из средств общины (за счет сбора особой подати — небды) учителя и ассистенты, которые преподавали в общинных школах. Устав имел обязательную силу для всех еврейских общин, которые в свою очередь пользовались автономией и управлялись согласно местным уставам (теканам). Депутаты общин собирались также для распределения платежей по налоговым обязательствам казне.
Точно так же продолжали евреи принимать участие в делах, связанных с управлением королевским фиском. Так, в периоде 1427 по 1430 г. евреи взяли на откуп сбор морской десятины. В 1450 г. почти все сборщики податей в Талаваре были евреи, а в 1449 г. в Толедо их соотечественники, хотя и новообращенные, выполняли те же обязанности. Но от ярости черни это не могло их предохранить — в том же Толедо, в связи с требованием о займе в один миллион мараведи, которое предъявил городу Альваро де Луна, христиане, руководимые двумя канониками, разгромили магазины и склады одного богатого новообращенного еврея, подожгли их и затем разрушили биржу (alcana) в еврейском квартале.
Обращенные (conversos). Этот и иные примеры, которые можно было бы привести, свидетельствуют, что обращение в христианство могло лишь отсрочить, но не разрешить еврейский вопрос. Вся тяжесть его была перенесена на обращенных евреев, которых чернь наделила оскорбительными прозвищами, называя их между прочим марранами (mаrrаnas). Предполагают, что в основе этого прозвища лежит еврейская формула maranatha («будь ты проклят»). Вероятнее всего, однако, что прямой связи между кличкой «марран» и этой формулой нет, хотя, несомненно, указанное прозвище употреблялось по отношению к обращенному в оскорбительном смысле. Численность, богатство, производственный опыт обращенных возбуждали зависть; их приверженность к преследуемой религии, от которой они вынуждены были отказаться, вызывали подозрительность. Чернь не только обвиняла обращенных (порой не без основания) в тайном исповедовании иудейской религии, но приписывала им и другие грехи, причем обвинения эти основывались на клеветнических домыслах. Кроме того, политическая борьба еще более накаляла атмосферу. Немало обращенных, как уже указывалось выше, занимали крупные посты, а в царствование Хуана II, несмотря на преследования, которым они подвергались со стороны вдовствующей королевы, обращенные оказывали большое влияние на государственные дела. Все они объединялись в борьбе против фаворита короля Альваро де Луна, поддерживая враждебную ему партию.
В связи с этим Альваро де Луна, желая обезвредить обращенных, дал совет Хуану II обратиться к папе Николаю V с просьбой о назначении инквизиторов для преследования «иудействующих» (judaizanies). Папа удовлетворил просьбу короля и поручил епископу Осмы и ректору (mаеstraescuela) Саламанского университета организовать инквизиционный трибунал. Однако замысел этот не был осуществлен. Чернь не успокаивалась, и возбуждение ее вылилось в последние годы правления Энрике IV в погромах, которыми сопровождалась охватившая в ту пору Кастилию смута. В Кордове, Севилье и других местах марранам пришлось испытать многое.
Государство
