Уже отмечалось, что в предыдущий период господствовало частное законодательство — местное и сословное, которое представлено было городскими фуэрос, хартиями, о привилегиях, обычаями и т. п. Противоположную, весьма слабую тенденцию представляли «Фуэро Хузго» (Fuero Juzgo) и некоторые общие законы. Положение не изменилось во второй половине XIII и в XIV и XV вв. Продолжалось пожалование местных фуэрос (что свидетельствовало о наличии режима исключений и отсутствии единообразия в системе законодательства). От Альфонса X до 1199 г. дошло более 127 фуэрос; в XIV в., в основном за время правления Альфонса XI, было дано 94 фуэрос; в XV в. — всего лишь 5. И хотя многие эти фуэрос лишь воспроизводили, с ничтожными изменениями, старые образцы, а значение некоторых из них было ничтожно, все же уже само число фуэрос свидетельствовало об устойчивости партикуляристских тенденций. «Фуэро Хузго» — свод весьма краткий и противоречивый — сохранил, судя по свидетельствам юристов XIV и XV вв., свою действенную силу и в эту эпоху. Следует отметить, что, несмотря на то, что «Фуэро Хузго» имел характер общего закона, ему не удалось избежать влияния господствующих тенденций: он то приобретал значение городских фуэрос (этот смысл ему придал Фернандо III в Кордове), то подвергался местным изменениям, что явствует из сопоставления его перевода на романсе (осуществленном, вероятно, в эпоху Альфонса IX) с текстами, которые применялись в различных областях Кастилии.
Несмотря на это неоднократно проявляется стремление к унификации законодательства. Альфонс X обнародовал одно фуэро в 1254 г., получившее название «Книга городов Кастилии» (Libro de los Concejos de Castilla), «Кастильские фуэрос» (Fueros de Castilla), «Королевское Фуэро» (Фуеро Реаль — Fuero Real) и т. д. «Фуэро Реаль» — свод, подобный более древним кодексам, но более полный и систематичный. Составлен он на основе предыдущих законодательных актов и «Фуэро Хузго», с некоторыми дополнениями; он сохраняет (с небольшими модификациями) дух вестготского права и права Леона и Кастилии, выработанного в первые века реконкисты. «Фуэро Реаль» охватывает нормы политического, гражданского, уголовного и торгового права и судопроизводства и состоит из четырех книг. Как отмечается во вводном разделе, своим обнародованием он обязан отсутствию настоящих законов для большей части королевства, в силу чего судьи должны поневоле руководствоваться прецедентами и обычаями, часто весьма вредными. Далее указывается, что города сами просили короля обнародовать новый закон. Этот закон («Фуэро Реаль») был положен в основу деятельности королевского апелляционного суда. Кроме того, он стал муниципальным законом города Агиляра де Кампоо (в 1255 г.) и, сохраняя тот же характер, был распространен на другие города, как, например, на Бургос, Вальядолид, Симанку, Туделу, Сорию, Авилу, Мадрид, Пласенсию, Сеговию и др. В общем это было фуэро такого же типа, как и многие другие, о которых шла речь ранее, с той только разницей, что оно получило всеобщее распространение. Первоначальный текст его претерпел ряд изменений (внесенных тем же Альфонсом X в 1278–1279 гг. и кортесами в Вальядолиде в 1293 г.); кроме того, существовали местные варианты, разнящиеся от дошедших до нас рукописных копий. Его значение определяется, однако, не только изменениями, в него внесенными, и не только тем, что он имел действенную силу на значительной территории, но и последствиями, которые вызваны были в юридической практике применением этого свода. Об этом можно судить по одной рукописи юридического характера, которая иногда сопутствует копиям «Фуэро Реаль» Leyes del Ëstilo или Declaracionesde las leyes de fuero. Эту рукопись, являющуюся, вероятно, плодом частной инициативы какого-нибудь, законоведа, нельзя с уверенностью квалифицировать как юридический документ, поскольку неизвестно, была ли она утверждена королем или кортесами. Но она представляет интерес как любопытный памятник, в котором отражаются влияние традиционных обычаев на законодательство Альфонса X и противоречия между древними обычаями и новыми требованиями. Книга «Leyes del Eslilo» свидетельствует также о пробелах и неясностях в законах, которые тогда вызывали множество неурядиц.
