Например, первые сведения о Сан-Джиминьяно относятся к 929 г. Вначале на холмах в долине Арно появился замок (castrum) епископа Вольтерры. Вскоре к замку прилепилось поселение (burgum). Примерно к X в. был создан рынок. Король Уго Прованский подтвердил епископские права и привилегии. В Сан-Джиминьяно потянулись выходцы из окрестных деревень, заводившие мастерские и лавки. Для купцов и паломников, ехавших по "дороге франков" (которая вела из пьемонтских долин в Рим), понадобились трактиры-гостиницы. Очевидно, к концу X в. "борго" обнесли стенами, а замок оказался в середине города[219].

<p><emphasis>Городская экономика раннего средневековья</emphasis></p>

Главной артерией Северной Италии была По с множеством притоков, прорезавших всю великую равнину между Альпами и Апеннинами. Каждый город или сам стоял на реке, или обзаводился, подобно Милану и Брешии, близлежащими речными пристанями. Система По вела к морю. Адриатические порты связывали византийскую, а через ее посредство и лангобардскую Италию с Константинополем, Сирией и Балканами. В VII–VIII вв. здесь первенствовали Равенна и Комаккьо. В 715 г. король Лиутпранд дал привилегии "рыцарям из Комаккьо", торговавшим преимущественно солью, добывавшейся недалеко от устья По. Их корабли доходили до Пьяченцы. С ними конкурировали жители провинции Венето. На маленьких островках лагуны издавна обитали рыбаки и охотники, занимавшиеся также соляным промыслом. Уже в VI в. Кассиодор восторгался "многочисленными кораблями" жителей Венето, которые "чувствуют себя, как дома", плавая между Истрией и дельтой По. При вторжении лангобардов лагуна дала приют и безопасность беглецам. Судоходство и торговля обеспечили процветание возросшего населения. В начале IX в. возник город Риальто (который лишь с XIII в. стали называть Венецией). Разбой сарацинов на Тирренском море прервал связь Византии с Провансом, а лангобарды захватили Равенну. В результате возросло значение венецианцев, начавших устанавливать контроль над Адриатикой и оттеснять Комаккьо.

Через эти двери, открытые на Восток, Ломбардия получала дорогие ткани, пряности, лошадей, рабов. Пакт Лотаря подтвердил право венецианцев торговать беспошлинно, "согласно древнему обыкновению", "путешествуя по земле и проезжая по рекам, где им заблагорассудится". Из внутренних областей вывозили вино, оливковое масло, но прежде всего — зерно. В Павию стекались и южноитальянские, и заальпийские купцы. Судя по источнику X в. (Liber Honorantiae civitatis Papiae), крупнейшие монастыри и церкви имели здесь подворья, погреба, странноприимные дома (xenodochia). Свозившиеся в Павию земледельческие продукты венецианцы импортировали не только на свои острова, но и в Византию. В X в. с ними стали соревноваться купцы Феррары и Павии. Создала собственный флот Анкона.

В конце X в. выдвинулись Пиза и Генуя. Купцы ломбардских городов, пользовавшиеся в VIII в. кораблями Комаккьо, затем начали сами строить суда.

По закону Айстульфа (754 г.), купечество выделялось в особый слой, разбитый на три военно-податные категории. Наиболее крупные "негоцианты" приравнивались к земельным собственникам и служили в коннице, остальные — в тяжелой и легкой пехоте. Коммерческая активность отразилась и в характере налогов — за право стоянки корабля (palifictura), натуральный побор за провоз товаров (ripaticum) и рыночная пошлина (teloneum).

Виа Сан-Джованни Сан-Джиминьяно

По крайней мере десять лангобардских городов чеканили золотую монету.

Меньше известно о ремесле, но все же в источниках упоминаются строители, ювелиры, мыловары, кожевники, оружейники, сапожники, портные и пр. "Дорога франков" способствовала подъему Лукки и Сиены. В Лукке зародилось производство шерстяных и, возможно, шелковых тканей.

Есть скудные сведения о подчиненных государству ремесленных корпорациях ("схолах" и "министериях") в Равенне, Риме, Павии и Пьяченце.

Набеги арабов и венгров задержали, но не остановили экономический прогресс. Показательно, что в X в. цены на земельные участки и дома росли гораздо быстрей в городе, чем в деревне[220].

Выжившие города с самого начала сохранили значение военно-административных центров и не знали политической зависимости от сельских феодалов (кроме Фриуля, Луниджаны, Монферрато и других горных, главным образом окраинных, областей). В результате франкского завоевания лангобардские дуки и гастальды сменились графами, не имевшими прочных корней в городах. Италия не знала законченной иерархической системы, действительно крупных феодалов появилось немного, притом их поместья были крайне разбросаны, если речь не идет об отсталых, малонаселенных районах. В будущем возвысились лишь те знатные фамилии, которые сумели укрепиться в каком-нибудь важном городе. Так, позже д’Эсте срослись с Феррарой, захватив ее и сделав центром родовых владений. А маркизы Каноссы, которым не удалось проделать нечто подобное, канули в Лету.

Перейти на страницу:

Поиск

Похожие книги