С каждым проходящим днем я все больше и больше погружаюсь в мир Жози, очарованная ее рассказом. Читая, я так ясно слышу ее голос! Но сейчас меня охватывает чувство беспокойства. Страх, который она испытывала, опасность, таившаяся под поверхностью ее привилегированного образа жизни в
Словно почувствовав мое беспокойство, Грейс начинает шевелиться, открывает глазки и улыбается мне, поэтому я складываю ноутбук и собираю свои вещи. Я неспешно брожу с ней между рядами полок, разглядывая их. Подавляющее большинство книг в современных мягких переплетах, но кое-где между яркими корешками зажаты старые издания с выцветшими тканевыми обложками. Внезапно мне приходит в голову мысль, и я нахожу раздел английской художественной литературы. Отслеживаю имена авторов, пока не дохожу до буквы «С». И вот он, экземпляр «Сильного яда» Дороти Л. Сэйерс! Мои руки немного дрожат от волнения, когда я снимаю его с полки. Это явно не самое популярное издание – я полагаю, что ее книги в наши дни немного устарели, вытесненные более современными криминальными романами и триллерами. На библиотечной карточке, приклеенной к внутренней стороне обложки, всего несколько штампов с датами. И одна из первых, выцветшими чернилами, – дата возврата: «5 марта 1941 года». Это могла быть Жози. Нет, решаю я, это
Я возвращаюсь к стойке регистрации и спрашиваю библиотекаря, могу ли я зарегистрироваться, чтобы взять книги.
– Конечно, – отвечает она с улыбкой, протягивая мне бланки для заполнения. Сделав ксерокопию моего паспорта, она вводит мои данные в компьютер и проверяет книгу. Затем ставит штамп на внутренней стороне обложки и протягивает ее мне.
Такое чувство, что я установила еще одну прямую линию связи с Жози. Мой штамп с датой теперь стоит ниже ее. Я провожу руками по желтой обложке с черным печатным названием. Жози держала эту книгу в руках. Может быть, она читала ее Нине, сидя во дворе у гранатового дерева, перенося себя и свою подругу в другой мир.
И теперь книга снова окажется в той же комнате на чердаке, где свечной фонарь, стоящий рядом с кроватью, отбрасывает на стены блики в виде звезд.
Вчера был довольно интересный день. Мама и папа решили устроить званый ужин. По тому, как они обсуждали его целых две недели, можно было догадаться, что это определенно будет не просто посиделка, а «Званый Ужин»: именно так – заглавная «З» и заглавная «У».
За завтраком оговорили все детали: кто будет приглашен, какая будет подана еда, сможет ли папа раздобыть достаточное количество бутылок хорошего вина, не захотят ли мужчины потом выкурить сигару (что, по словам мамы, будет разрешено в гостиной, но только на этот раз), сможет ли папа в принципе раздобыть какие-либо сигары. На самом деле большая часть их беседы была довольно скучной, но я навострила уши, когда услышала, кто приедет: вице-консул американского консульства – мистер Стаффорд Рид, моя учительница английского языка – мисс Дороти Эллис, еще добрая леди, помогавшая нам в лагере беженцев, – мадам Элен Бенатар, которая оказалась вдовой, и Оливье, кавалер Аннет (теперь это официально) с родителями. Это означало, что Аннет разрешат присутствовать на Званом Ужине. Мама решила, что сестра уже достаточно взрослая и ей давно пора научиться держаться в приличном обществе. В этот момент Аннет одарила меня очень высокомерным взглядом, но на самом деле я почувствовала облегчение от того, что все еще недостаточно взрослая. Как по мне, приличное общество может быть чрезвычайно скучным. Я показала Аннет язык, но, к сожалению, это увидела мама и сказала, что мне тоже пора начинать учиться вести себя как леди. Она сказала, что я должна буду надеть свое шелковое платье и перед ужином подавать орехи с напитками, и еще это будет хорошая возможность для меня попрактиковаться в вежливой беседе со взрослыми. Тогда Аннет в ответ показала язык мне, но, к сожалению, мама этого не видела. Как обычно.
