История кельтских королевств полностью

Влияние св. Колумбана на цивилизацию Западной Европы сравнимо с влиянием св. Колумбы[507]. В частности, его влияние, сказывавшееся на континенте через основанные им монастыри, стало главным фактором в развитии интеллектуальной жизни раннего Средневековья. Более того, толчок, который эти монастыри дали к развитию учености, книжности и реализации того интеллектуального потенциала, который несет с собой революция, производимая письменным словом, выходит далеко за пределы собственных литературных достижений св. Колумбана. Он был последним и величайшим представителем кельтского монашества в его самой строгой форме, включавшей требование аббатского контроля над монашеской администрацией.

Колумбан не был оригинальным мыслителем или глубоким ученым, но его влияние, как и влияние его великого тезки Колумбы, следует оценивать скорее по его практическим достижениям, чем по литературным трудам. И все же он вовсе не отставал от стандартов латинской образованности того времени, а его стиль все еще сохраняет свою силу, впечатляя энергичной и прямой риторикой. Устав св. Колумбана[508], несомненно, по большей части составлен им самим, являясь первым дошедшим до нас уставом ирландского происхождения. Хотя он и был написан на континенте, но отражает уклад ирландской церкви и, вероятно, воспроизводит «Устав» знаменитого монастыря Бангора, основанного св. Комгаллом, в котором Колумбан проходил свое обучение. Он используется для руководства духовной жизнью киновийных общин, вводя принцип абсолютного повиновения, постоянный труд, непрерывный аскетизм и благочестивые упражнения. Свод исповедальных правил, приписываемый св. Колумбу, также в основном опирается на предшествующую традицию ирландских пенитенциалиев[509], но придает особое значение частоте личной исповеди.

Древний исхоженный путь в Рим через Альпы, древняя римская дорога, позднее известная как «варварский путь» (via barbaresca), стала главной дорогой пилигримов в «Век Святых»; а на ее обочине располагались специальные странноприимные дома для пилигримов[510]. Аббатство Санкт-Галлен находилось вблизи этого пути, и «Житие св. Галла» и другие документы сохранили детали характерных обычаев и поведения пилигримов. Как во всех караванных поездках, древних и современных, путешественники двигались большими группами, и Валафрид Страбон, писавший в начале IX века, говорит, что привычка путешествовать стала второй натурой скоттов (то есть ирландцев). Хотя они, по-видимому, не могли нести с собой хоть какое-то количество книг, но представляется важным, что таблички для письма назывались в Германии «таблички скоттов» (pugilares Scotorum).

Преданность ирландских монахов учености уже хорошо была известна за пределами Ирландии в VIII веке. В одном из самых примечательных своих отрывков Беда говорит (Н. Е., III 27) о ревности ирландских монастырей к преумножению знаний и об их щедрости по отношению к английским ученикам, «знатным и простым», приходившим к ним либо для религиозных штудий, либо для жизни по более строгому уставу. Некоторые из них избирали монашескую жизнь, в то время как другие предпочитали продолжать свое обучение, посещая кельи разных учителей. Ирландцы приветствовали их, проявляя чрезвычайное гостеприимство, бесплатно снабжая их книгами и наставлениями. Даже на континенте от Ноткера Заики (около 840–912)[511] мы узнаем, что в Галлию прибыли два ирландца, сведущие в сакральной и профанной учености, которой они предлагали поделиться столь же громогласно, как иные предлагают свои товары. Они были с честью приняты Карлом Великим, от которого они не спросили никакой платы за свое преподавание, кроме жилья, одежды и пропитания. Для одного из них Карл устроил в Галлии школу для знатных и бедных, а другой стал учителем в Павии на столь же великодушных условиях[512].