Мак Кана показал, что автор Бранвен заимствовал это описание из ирландской саги, а также из некоторых других ирландских повестей; и что он соткал из старых тем новое полотно, не совсем связное, но вес равно возмещающее этот недостаток своим превосходным стилем и наполняющим его духом магии.
Эти качества проявляются и в завершающем эпизоде повести, когда выжившие в великой битве в Ирландии возвращаются в Уэльс с отрубленной головой Брана и останавливаются на острове Гвалес[668] в Пенвро. По своему происхождению это рассказ о блаженстве языческого Потустороннего Мира, но автор-монах, по всей видимости, уже не осознавал этого. Буйная фантазия ирландских описаний Потустороннего Мира в «Плавании Брана» и «Болезни Кухулина» сменяется здесь спокойной простотой. Героям говорят, что они будут наслаждаться этим счастьем восемьдесят лет, когда они откроют дверь, ведущую через Абер Хенвелен в Корнуолл:
«Там было красивое место высоко над морем, и для них приготовлен был большой зал. И, войдя в него, они увидели две двери открытыми, а третья, что вела в Корнуолл, была закрыта. "Смотрите, — сказал Манавидан, — вот дверь, что мы не должны открывать". И эту ночь они пировали и веселились. И из всего их горя они не помнили ничего, ни того, что случилось с ними, ни прочих печалей.
И они оставались там четыре по двадцать лет, но так, что не замечали времени и не делались старше, чем были, когда пришли туда, и не было для них времени более приятного и веселого. И голова была с ними, будто живой Бран. И поэтому их пребывание там названо Гостеприимством Достопочтенной Головы»[669].
Читателя «Мабиногион» прежде всего очаровывают изящество и спокойная радость этой повести. И действительно, ветвь Бранвен очень удачное произведение; в отличие от нее повесть о Мате ап Матонви — это переплетение сюжетов, которое чрезвычайно сложно распутать, но, как показал Гриффидд, отсутствие цельности и связности до некоторой степени возмещается формальными достоинствами.
Мат — господин Гвинедда. Гвидион, сын Дона, говорит ему, что Придери, король юга, владеет чудесными свиньями, и обещает завладеть ими. Он делает это с помощью магии, превратив поганки в коней, псов и щиты, которые он обменивает на свиней. Чары действуют лишь один день, и Гвидион бежит со своим приобретением. Придери бросается в погоню и погибает в битве с Матом.
Во время отсутствия Мата, Гвидион и его брат силой берут девушку, держательницу ног Мата[670]. В наказание Мат превращает их в оленей, свиней, волков на то время, пока они не искупят свое преступление.
Гвидион уговаривает Мата взять в качестве держательницы ног Арианрод, дочь Дон, дочь его сестры, ибо это место должна занимать девственница. Однако она оказывается беременной. Ребенок, которого она носит, воспитывается Гвидионом, и в четыре года ее сын уже ростом с восьмилетнего.
Однажды Гвидион привел мальчика к матери. Она разгневалась напоминанию о ее позоре и наложила на ребенка проклятие, что он не получит имени до тех пор, пока она сама не наречет его. Гвидион с мальчиком прикидываются башмачниками и хитростью вынуждают Арианрод дать мальчику имя Ллеу Ллау Гиффес (Светлый Ловкая Рука)[671]. Затем мать наложила на сына проклятие, что он не получит оружия, пока она сама не даст его. Гвидион волшебством сотворил вражеский флот и в чужом обличье вместе с Ллеу пришел защищать Каэр Арианрод. Арианрод дала им оружие, чтобы они могли защищать ее, после чего корабли исчезли. Обманутая вновь, она наложила на сына проклятие, что у него никогда не будет жены, пока она сама не даст ее.
Мат и Гвидион делают для Ллеу жену из цветов и называют ее Блодьюведд (Лицо-Цветок). Однажды, когда Ллеу был при дворе, в Ардудви пришел поохотиться Грону Пебир. Он и Блодьюведд полюбили друг друга и спали вместе три ночи. Он попросил ее узнать, как можно убить Ллеу.
