Как мы видели, предательство Грода не увенчалось успехом, а новый захват Боспора Византией привел к ещё более враждебным отношениям между гуннами и империей, чем это было до крещения Грода. Такого рода отношения продолжались до 548 г., когда послы готов-тетракситов, явившиеся в Константинополь с просьбой дать им епископа, «в беседе совершенно тайной, встретившись с глазу на глаз, изложили всё, насколько Римской империи будет полезно, если соседние с ними варвары будут находиться в вечных распрях друг с другом»[377]. Надо полагать, что выгоды такого положения нечего было объяснять византийцам, они сами были великими мастерами политической игры и дипломатического вероломства и умели натравливать своих врагов друг на друга. Готское посольство давало возможность Византии начать переговоры с утигурами, которые в рассказе об этом посольстве впервые появляются в поле зрения истории. Заняв господствующее положение среди гуннских племён Приазовья, утигуры, вероятно, также были заинтересованы в восстановлении нормальных отношений с империей, хотя бы уже потому, что находившийся в руках Византии Боспор представлял для них важный рынок, обходиться без которого они не могли.
Поводом для обращения готов-тетракситов в Константинополь за назначением им епископа послужила, по словам Прокопия, смерть бывшего у них священнослужителя[378], а также основание у абазгов (абхазов), незадолго перед тем принявших христианство, епархии и построение Юстинианом великолепного храма в Никопсии[379]. Новая Никопсийская епархия находилась по соседству с готами-тетракситами и могла послужить образцом для разрешения их собственных церковных дел, осложнившихся после перехода Боспора в руки Византии[380]. Епископ Боспора был одновременно главою готской церкви. Готы хотели получить себе епископа, независимого от Боспора. Император Юстиниан исполнил их просьбу и, вместе с тем, установил через готов связи с их союзниками утигурами, после чего последние и без христианизации оказались в полном подчинении у византийской политики.
В 551 г. гепиды обратились за помощью против лангобардов к кутригурам, которые к тому времени стали во главе причерноморских гуннов, ранее выступавших под именами гуннов и болгар. Те немедленно направили в Паннонию 12 тысяч человек во главе с Хиниалоном — «человеком исключительно хорошо знающим военное дело». Так как кутригуры явились к своим союзникам ещё до истечения срока перемирия, заключённого ими с лангобардами, то гепиды решили использовать своих воинственных друзей против Византии и переправили их через Дунай. Кутригуры немедленно начали грабить и опустошать византийские области. Не располагая силами для их отражения, Юстиниан обратился к правителям гуннов-утигур. Он упрекал их в том, что они не выполняют своих обязательств и не противодействуют разорению союзников. Он ловко разжигал жадность варваров, указывая, что кутригуры, получая ежегодно большие дары от Византии и постоянно грабя византийские области, вовсе не думают делиться своей добычей с утигурами, так что последним нет решительно никакой выгоды их поддерживать. Само собой разумеется, что все эти доводы сопровождались более внушительными аргументами в виде подарков и обещаний ещё больших даров. Утигуры собрали большое войско, в состав которого вошли 2000 союзных готов-тетракситов. Начальствовал над ними Сандилх — «человек очень разумный и опытный в военных делах, достаточно известный своей силой и храбростью». Перейдя Дон, утигуры напали на становища кутригур. Хотя последние и поспешили собраться, чтобы оказать сопротивление, утигуры оказались сильнее, так как главные силы противника находились в походе против Византии. После упорного боя кутригуры были разбиты, спаслись лишь немногие. Забрав в качестве рабов жён и детей побеждённых, утигуры вернулись домой. Тысячи византийских пленников, находившихся в рабстве у кутригур, воспользовались этим разгромом и беспрепятственно бежали на родину. Византийцы сами поспешили уведомить Хиниалона о случившемся и, предложив ему большие деньги, уговорили немедленно вернуться в свою страну[381].
По мирному договору кутригуры выговорили себе право, в случае невозможности вернуть родную землю, поселиться в пределах Византии, с обязательством защищать границу империи от вторжений других варваров. Ввиду этого условия две тысячи кутригур вместе с жёнами и детьми явились в Византию и получили земли во Фракии. В числе предводителей этих переселенцев был Синний, известный в Византии в качестве начальника наёмных гуннских конных стрелков, сражавшихся в 530 г. под командованием Велизария против вандалов в Африке.