Византия воспользовалась благоприятным моментом для восстановления своей власти на Боспоре и своего влияния на соседние варварские племена. Как показывает одна надпись, в 590 г. Боспор управлялся стратилатом и дуком херсонским Евпатерием[564]. В административном отношении он, следовательно, был подчинён Херсону, всё время остававшемуся во владении Византии. Как только положение империи в Приазовье было восстановлено, она постаралась вновь использовать тюркютов в своих интересах. В 589 г. Византии удалось создать обширную коалицию против Ирана: с юга она натравила на него двух арабских шейхов, с севера в Азербайджан и Армению вторглись хазары, а с востока против Ирана выступили тюркюты, находившиеся под властью одного из удельных ханов — Шаба (Савэ у Фирдоуси)[565]. По исследованию Л. Н. Гумилёва, это был владетель Пайкенда Янг-су-тегин или Дулуй китайских летописей, второй сын Дяньгу Дату-хана, могущественнейшего из западнотюркютских каганов, с которым Византия и установила союзные отношения. По сообщению грузинской летописи, союз между империей и двумя последними врагами Ирана — хазарами и тюркютами — был заключён при посредничестве ставленника Византии грузинского царя Гуарама, который и сам вместе с приглашёнными им аланскими племенами выступил против персов[566].
Иран оказался в крайне тяжёлом положении, окружённый врагами «как концы лука тетивой»[567]. Справедливо полагая, что главная опасность грозит со стороны тюркютов, Иран направил против них отборную армию под командованием Бахрама Чубина, который и нанёс тюркютам решительное поражение под Гератом[568]. В то же время арабам были посланы подарки, убедившие их прекратить нападения. Увлеченные грабежом, шайки хазар были разбиты регулярными персидскими войсками[569]. Узнав о победе над тюркютами, Гуарам счёл за лучшее отступить[570], а византийская армия, лишившись союзников, оказалась не в состоянии добиться сколько-нибудь существенного успеха. Персия была спасена от внешних врагов, но немедленно вслед затем оказалась ввергнутой во внутреннюю смуту. Прославленный победитель тюркютов Бахрам Чубин поднял мятеж, претендуя на тиару шахан-шаха; в результате дворцового переворота шах Хормизд IV был убит, а его сын Хосрой Парвиз вынужден был бежать и искать помощи в Византии[571].
Неизвестно — находились ли хазары в это время под властью тюркютов, или, ввиду смуты в каганате, они вместе с другими племенами Азовско-Каспийского междуморья вновь обрели независимость. Когда тюркютские войска отошли в свои старые области, чтобы сражаться в междоусобной войне, хазары и другие племена могли сами собой освободиться от подчинения каганату. Это тем более вероятно, что их восточные соседи, угры, в это время восстали против тюркютов и сбросили их иго. Тюркютам пришлось вновь их завоёвывать.
Тюркютские послы, в 598 г., явившиеся к императору Маврикию от хана Дяньгу для того, чтобы закрепить союзные отношения, восстановленные в совместной войне с Ираном, уведомили греков о полном разгроме тюркютами восставших против них угров. Десять тысяч последних, спасшихся от истребления, бежали на запад и присоединились к аварам в Паннонии. Это были племена тарниах и котзагир. Согласно Феофилакту Симокатте, они представляли собой ветвь уархунни, т. е. находились в близком этническом родстве с аварами. Говорят, добавляет к этому Феофилакт Симокатта, что и племя забендер было родом из народа yap и хунни[572].
Появляющееся впервые в этом сообщении племя забендер вероятно следует отожествлять с названием хорошо известного в Северном Дагестане хазарского города Семендера, видимо, принадлежавшего этому племени[573].
Феофилакт Симокатта, отмечая, что это племя происходило из того же народа, что и вархониты — авары, прямо не утверждает, что оно явилось на Северном Кавказе одновременно с племенами тарниах и котзагир, присоединившимися к аварам в Паннонии. Трудно объяснить, почему при рассказе об этих двух племенах, бежавших от тюркютов, Феофилакт вспомнил о забендер-семендерцах. Едва ли только потому, что они были родственного с ними происхождения. Не скрывается ли здесь намёк, что забендер принимали участие в восстании угров, но нашли убежище не у авар, а у хазар, в неразрывной связи с которыми протекала вся их последующая история Естественно предположить, что, разгромив восставших угров, тюркюты без сопротивления восстановили свою власть над племенами Азовско-Каспийского междуморья, устрашёнными расправой над их соседями.
Неприкосновенными остались только византийские владения в Крыму, включая Боспор, возвращённые Византией в период смуты в Тюркютском каганате 581–587 гг. и в административном отношении с этого времени подчинённые Херсону.