История Клуба-81 полностью

Не думаю, что Г. Бариновой легко было снести уничижительную характеристику «Лениздата» – этого бастиона обкомовского отдела пропаганды и агитации.

Персонажами другого инцидента и другого письма были работники нового Дворца молодежи. Его автор – прозаик Игорь Смирнов; в его задачу входило установление контактов с учреждениями культпросвета и организация литературных вечеров с участием членов клуба. Смирнов писал: в переговорах с администрацией Дворца молодежи было достигнуто соглашение: Клуб-81 будет ежемесячно бесплатно проводить литературные вечера для посетителей кинолекционного зала дворца. Предварительный просмотр текстов Ю. Андреев взял на себя. Первый вечер был запланирован на 29 апреля. Оргсектору ДК был передан текст объявления о чтениях. В клубе составлялись планы, велись переговоры с авторами, отбирались тексты, разрабатывался литературный комментарий…

«22 апреля, попытавшись выяснить, оповещен ли город о нашем выступлении, я узнал, что не только никаким оповещением дворец не занимался, но и проведение самого мероприятия запрещено!» Запрещение исходило от Н. Долговой, исполняющей обязанности замдиректора дворца. Запрет она объяснила перегруженностью кинозала. Смирнов ловит ее на лжи – он знает: «зал постоянно недогружен» и литературные вечера уже включены в график его работы. Чиновная дама продолжает врать. «Истинный мотив, – писал Смирнов, – выявился в конце беседы». Оказалось, ее запрет – часть карьерной интриги (борьбы за должность замдиректора дворца) и выражения открытой неприязни к клубу».

В этом конфликте на поверхность скандально-грубо вышло истинное положение советской культуры. Литература и искусство обслуживали функционирование партийно-государственного аппарата пропаганды и агитации, повернутого спиной к потребителю, к народу. Творческие союзы были воспитаны и выкормлены этим аппаратом. Решения публиковать – не публиковать, показывать – не показывать не выходили за границу ведомственных отношений, в которых административная компетенция питалась информацией своей собственной служивой интеллигенции, к которой относились и наш куратор, и все рецензенты, редакторы, издатели, члены Союза писателей, за малым исключением руководители ЛИТО.

Подобные конфликты предвещали тот конфликт, который вскоре потрясет всю страну, когда Горбачев столкнется с железобетонным политическим идиотизмом назаровых-хренковых-нинаандреевых, добавим сюда и мадам долговых. Ничто так не дискредитировало хозяев жизни, как их невежество и вранье – по радио, в газетах, в объяснениях и оправданиях своей политики, в клеветнических характеристиках тех, кого власть считала своим противником. Система, воспитанная на вранье, отказывалась отвечать за решение тяжелых социокультурных проблем, которые она сама породила.

3 мая

Вечер в Союзе писателей, своего рода шутка истории: в центре ретроградства в одном помещении С. Ковальский с Ю. Рыбаковым демонстрировали слайды картин Товарищества, в это же время в задней комнате С. Курехин, Б. Гребенщиков, А. Драгомощенко толковали о музыке – о втором этапе русского модернизма.