Финал не представлял со спортивной точки зрения ни малейшего интереса — если, конечно, вы не патологический любитель чьих-то бенефисов. Перевес «Милана» был безоговорочным с первой и до 47-й минуты, после которой соперники откровенно забили на игру — «Стяуа» уже уступал четыре мяча без каких-либо контршансов. Еще до первого мяча ван Бастен и Гуллит обязаны были забивать, но до поры до времени промахивались. Затем Руду Гуллиту ассистировали ван Бастен (несколько условно — после удара Коломбо и сэйва Лунга Попеску в борьбе с «Утрехтским лебедем» пытался выбить мяч и покатил его сопернику) и Донадони, ван Бастену — Тассотти и Райкард.
Сильвио Лунг: «К концу матча я был абсолютно измотан. За всю мою жизнь мне никогда не приходилось иметь дело с таким количеством ударов по воротам».
«Экип»: «Когда смотришь на игру этого „Милана“, осознаешь, что футбол никогда больше не будет прежним».
«Ла Репубблика»: «Габриэле д’Аннунцио переиграл Карла Маркса!»
Франко Барези: «Кто бы мог поверить, что столько переменится за каких-то три года! Когда Берлускони пришел и сказал, что мы будем лучшими в мире, все отнеслись к его словам скептически. Но потом мы в самом деле выиграли всё, еще и явив удивительный стиль футбола».
Алекс Фергюсон: «Сакки изменил итальянский футбол. Он избавился от катеначчо, предложив игру с высоким прессингом, с Мальдини, выдвигающимся далеко вперед по флангу. Итальянский менталитет заставлял идти вперед с большой осторожностью. А тут — никакого больше катеначчо, есть оборона из четырех человек, которая сама нападает, а не ждет контратаки от соперника! Отличное изменение».
Джанлука Виалли: «Они сотворили революцию, потому что были необыкновенно хороши именно как команда. Тактически они вообще выглядели идеально — прежде всего в том, как высоко прессинговали, практически никогда не садясь глубоко. Потом их копировали все».
Так началось триумфальное, но не без осечек шествие не только по европейским полям «Милана» Сакки, а потом и Капелло. Скудетто 1988 года, которое позволило «Милану» стартовать в Кубке чемпионов, так и осталось для автора хлесткой фразы «Чтобы стать жокеем, не обязательно сначала быть лошадью» (дон Арриго, как и впоследствии Моуриньо, Вильяш-Боаш, Сарри и многие другие, никогда не играл в профессиональный футбол) единственным. В 89-м их опередил «Интер» Трапаттони, Маттеуса (его презентовали в 88-м в один день с Райкардом, пришедшим в «Милан» из «Сарагосы», и напрочь затмили событие у конкурентов!), Бреме и Рамона Диаса, в 90-м — «Наполи» Марадоны, спевшего свою лебединую песню на Апеннинах, в 91-м — «Сампдория» Михайличенко, Виалли, Манчини, Верховода и др. Только Фабио Капелло, сменивший Сакки в конце сезона-1991/92, когда тот ушел в сборную Италии, поставит добычу чемпионств на конвейер, а уж его Кубок чемпионов… Потом, потом! А пока расставание вышло прохладным. Сакки: «Мы наелись, мы перестали быть голодными». Барези и Донадони возмутились было, но легионеры их не поддержали.
Отношения Сакки с Берлускони, а также голландским трио никогда не были безоблачными. Берлускони откровенно ревновал тренера к его славе и вообще был не слишком доволен его строптивым нравом — в частности, Сакки частенько оставлял вне игры самого ван Бастена, по мнению тренера, не выкладывавшегося полностью.
Ван Бастен обладал достаточно сложным, не слишком уживчивым и уж точно очень далеким от итальянского темперамента характером. Свободное время он проводил не с товарищами, а с женой Лисбет, разговаривая по-голландски и слушая Джорджа Майкла. Шумному, показному шопингу в миланских модных магазинах и зависанию в баре над чашкой макиято кальдо он предпочитал посиделки за нардами с игроками молодежной команды. Пресса прозвала его «Ледяным человеком», а ван Бастен с помощью обожавшего его Берлускони пытался внушить Сакки, в том числе публично, что он игрок с особыми потребностями и участия в коллективном прессинге принимать не должен. Немало капал «Лебедю» на мозги Йохан Круифф, изо всех сил пытавшийся заполучить Марко в «Барселону» и предлагавший на обмен Гари Линекера. Правда, в «Милане» это никого не интересовало. Особенно после выступления сборной Нидерландов на Евро-88.
Гуллит — отдельная песня. Еще на своей презентации в 87-м он весело заявил, обозрев скопившихся журналистов: «Говорят, у вас три ежедневные газеты о футболе и все полные дерьма». Шутка. Бамбарбия кергуду. А когда его спросили, что будет, если «Милан» попадет в еврокубки, Руд раздраженно ответил в известном стиле: «Если бы да кабы… Если бы у моей мамы был член, она была бы моим папой!» А уже по ходу своего пребывания в «Милане» он не слишком подобострастно высказался в адрес работодателя: «Берлускони тщеславен как человек и как президент». После чего возмутился: «Да, я анархист, а какой вы смысл вкладываете в это понятие? Негативный? А для меня это комплимент, потому что я прежде всего сво-бо-ден!»
