Осенью 1942 года служба военно-морской разведки установила контакт с одним из самых крупных адвокатов руководителей мафии — Мозесом Поляковым. Известный своей ловкостью, он был официальным адвокатом Мейера Ланского. Но секретные службы заинтересовались тогда не этим хитрым евреем, а самим хозяином — Лючано. Они достаточно хорошо осведомлены и знают, что Мейер Ланский — личный друг «большого босса» и что Поляков поддерживает наилучшие отношения с его адвокатом Джорджем Волфом. Не известно, что именно служба военно-морской разведки поручила Полякову сообщить от нее Лючано, когда она открыла для него двери Даннемора и у него состоялась продолжительная беседа с глазу на глаз с государственным врагом номер один Соединенных Штатов. Не известно, что сказали друг другу эти два человека, но вскоре после этого Лючано перевели в гораздо более комфортабельную тюрьму, близ Олбани, где он мог свободно общаться с внешним миром.
И наконец, хотя он был приговорен к тридцати пяти годам тюремного заключения, его старый противник Томас Дьюи, бывший прокурор, ставший тем временем губернатором штата Нью-Йорк, сократил приговор до девяти лет и шести месяцев. 9 февраля 1946 г. Лючано был отправлен в Неаполь.
Лишь после опубликования результатов расследования сенатора Кефовера начала проясняться тайна этого странного благодушия. По словам сенатора, Лючано оказал Америке такие услуги, что она не могла не освободить его в знак признательности. Кефовер проявляет большую сдержанность в описании точного характера этих «услуг». Чувствуется, что он не хочет никого ставить в неловкое положение — ни Вашингтон, ни Палермо. Легенда более болтлива.
Она гласит, что благодаря помощи мафии союзники смогли высадиться на острове и полностью оккупировать его в рекордно короткий срок. Вся операция «освобождения Сицилии была подготовлена в камере Лючано, который при посредничестве Дженовезе и американских секретных служб организовал высадку союзников. Само собой разумеется, что во всей этой истории Дон Кало не мог не играть первостепенной роли. Впрочем, как известно, американцы поторопились вознаградить его, назначив мэром города. Но легенда идет еще дальше. В соответствии с ней Лючано присутствовал на театре военных действий. Он был сброшен на парашюте на остров за некоторое время до решающего дня. Одни утверждают, что видели его в Джеле. Другие рассказывают, что утром 4 июля небольшой самолет пролетал над Виллальбой на незначительной высоте. Над главной площадью он сбросил пакет, завернутый в платок ярко-желтого цвета с инициалом Лючано: большое черное «Л». По-видимому, это было послание, в котором американский босс давал Дону Кало свои последние инструкции.
Легенда это или нет, но действительность остается. 10 июля на рассвете войска союзников произвели высадку. Три педели спустя они полностью овладели островом.
Фашисты бежали или уже находились в тюрьме. Мафия, великий организатор победы, могла торжествовать. Именно в этот самый момент умер старый низложенный король — Дон Вито Кашо Ферро. За него отомстили, а по поводу того, кто должен стать его преемником, не было никаких сомнений. Теперь Дон Кало, именно он, стал бесспорным хозяином воскресшего «Уважаемого общества».
В последующие три года мафия Дона Кало добилась могущества. Она смогла сделать это благодаря присутствию американцев, нищете, анархии, которые царили повсюду, войне, которая где-то еще продолжалась. Военную администрацию на оккупированной территории («АМГОТ») возглавлял полковник Полетти, итальянец по происхождению. Его правой рукой и доверенным лицом был не кто иной, как Дон Вито Дженовезе собственной персоной.
Легко догадаться, что вся мафия воспользовалась этой удачей. Американская армия — это техника, грузовики, дешевый бензин, тонны продовольствия и оружия, сигарет и одежды, настоящая пещера Али Бабы, в которой мафия без стеснения черпала товары и перепродавала их на вес золота. Неужели американцы были слепы? Это не исключено. Но более вероятно, что они все знали и попустительствовали. Многие из них, как например, их руководитель, итальянского происхождения. А главное, их слишком хорошо принимали, и они не могли не проявлять снисходительность. При условии, что они будут закрывать глаза, им предлагают то, в чем они нуждаются, может быть, больше всего: вино, любезность и женщин.
