Арест «вождя всех вождей» ознаменовал начало нескольких черных лет в истории «Коза ностра». Вскоре один из ее членов впервые нарушил закон круговой поруки. В связи с разоблачениями Валаки перед пораженной, а часто и скептически настроенной общественностью, открылись секреты и методы самой могущественной тайной организации, какая когда-либо существовала.
Однажды июньским утром 1962 года во дворе федеральной тюрьмы Атланты заключенный по имени Джозеф Валаки убил железной трубой другого заключенного — Джона Соппа. Валаки был приговорен к тюремному заключению за торговлю героином. Этот мелкий, никому не известный гангстер с пухлым судебным делом до тех пор ми разу не совершал чего-либо серьезного. После убийства Соппа он отказался объяснить свой поступок. Затем, когда ему сказали, кто стал его жертвой, он признался, что не имел ничего против Соппа, а хотел убить некоего Джозефа из Палермо. Его ввело в заблуждение внешнее сходство между ними. Соппу пришлось поплатиться за другого. И это все. Больше Валаки ничего не сказал.
Еще несколько дней он продолжал молчать, но вдруг внезапно заговорил. То, что он сообщил, было настолько необычно, что вся полиция Соединенных Штатов пришла в движение. Его показания заинтересовали самого министра юстиции Роберта Кеннеди.
Валаки — «солдат» «Коза ностра», и впервые с тех пор, как она существует, а она существует уже почти столетие, член самой знаменитой преступной организации, о которой известно меньше всего, рассказал, каким образом она функционирует.
Между тем Валаки лишь описал свою жизнь с момента рождения в Восточном Гарлеме в 1904 году до убийства Соппа. Но сказанное им было так ново, приподнимало столько завес и содержало столько сведений, что полиции сначала было трудно поверить. Не так прореагировала «Коза ностра», которая обещала 100 тысяч долларов тому, кто заставит предателя замолчать.
Благодаря Питеру Маасу, который смог взять у него подробное интервью, мы почти полностью знаем исповедь Валаки. Он никогда не занимал слишком высоких ступеней в иерархии «Коза ностра», но более 30 лет был очень тесно связан с ее историей. От него стала лучше известна подоплека страшной войны кастелламмарцев. Он посещал Массерию, Марандзано, Лючано и входил в семью Дженовезе. Относительно каждого из этих великих капо он сообщил ценные сведения, чаще всего подтверждавшие те, которыми уже располагала полиция. А главное, он рассказал о структуре «Коза ностра», о ее внутренней организации и ответвлениях во всем мире, о ее лексиконе и методах, о способе функционирования семей.
Валаки решил нарушить закон круговой поруки потому, что желал свести счеты со своим капо Дженовезе. Валаки знал, что Дженовезе позволил себе садистскую роскошь по-своему предупредить его об этом. Однажды ночью, когда они находились в одной камере, он сказал:
— Знаешь, когда вскрывают ящик с яблоками, то случается, что там находят гнилое яблоко… Так вот, нужно выбросить это яблоко, а то оно испортит все остальные.
С тех пор Валаки знал, что он обречен. Хотя он находился в тюрьме, окруженной высокими стенами и под охраной стражников, тем не менее он постоянно чувствовал опасность. Каждый заключенный казался ему подозрительным: это, может быть, человек, подосланный Дженовезе и ожидающий лишь удобного момента, чтобы выполнить свой «контракт». Даже пища внушала ему страх: его могли отравить, как Ла Темпу и многих других.
Как только разоблачения Валаки стали известны широкой публике, они вызвали много шума в Америке. Многие в них не поверили. Некоторые газеты обвинили полицию в том, что она хочет «обработать» общественность. «Коза ностра», рассуждали они, — это лишь страшная сказка для взрослых. Несмотря на симпатию, которой Роберт Кеннеди пользовался у своих сограждан, ему было трудно добиться того, чтобы его слова приняли всерьез, когда он торжественно заявил, что организованная преступность касается каждого и «затрагивает сегодня жизнь большинства» из них.
Разумеется, не впервые направляют прожекторы на мафию и решают ликвидировать ее. Уже в период сухого закона велась суровая борьба, а успехи знаменитых «неподкупных» были записаны на доске почета американской полиции. Позже, в 1952 году, сенатской комиссии во главе с сенатором Кефовером было поручено составить доклад о «синдикате преступности». Результаты ее расследования, опубликованные несколько ле;г спустя, вызвали пессимизм относительно возможности быстро и легко пресечь преступность.
В самой Италии также возникло возмущение по поводу беспорядков и преступлений, продолжавшихся на Сицилии более чем через 15 лет после окончания войны. После кровопролитного инцидента с автомобилем-ловушкой, оказавшимся причиной смерти восьми карабинеров, общественность энергично выступила с требованиями решительных мер. В конце концов правительство предложило парламенту создать комиссию по расследованию.
