Стремление к наживе обусловливает возрастание гонораров врачей. В начале 70-х годов в США за осмотр пациента терапевтом взимался гонорар минимум 10 долларов, за визит к окулисту для подбора очков – 15-29 долларов, за анализ крови – 10-25 долларов, за рентгеноскопию – 15-25 долларов. За пятидневное пребывание в больнице и операцию по поводу аппендицита пациент должен был платить около 650 долларов. Лечение перелома бедра в больнице обходилось около 3700 долларов, операции на легком – 2500 долларов, грыжи – около 1200 долларов, шестидневное пребывание в родильном доме – не менее 600 долларов. Отметим, что годовой доход низкооплачиваемой американской семьи в то время составлял 2500 долларов.
Будучи заинтересованными в сохранении доходов, врачи США выступают против расширения выпуска квалифицированных медиков. Благодаря усилиям АМА в стране длительное время регистрируется 13-14 врачей на 10 000 населения. Хотя население США в 1970 г. составляло 85% населения СССР, число врачей (309 000) там было в 2 раза меньше, чем в нашей стране.
Врачи в капиталистических странах распределены весьма неравномерно. В сельскохозяйственных штатах США этот показатель снижается до 8 на 10 000 населения. В гетто крупных городов очень часто нет ни одного врача. Капиталисты, уходя под напором освободительного движения из колоний, по сути дела оставляют эти страны и без врачей. Мнение многих деятелей частнокапиталистического предпринимательства в медицине о якобы имеющемся перепроизводстве врачей не имеют ничего общего с действительностью. Например «перепроизводство» отмечается только там, где концентрируется основная масса врачей в погоне за прибылями, т. е. в кварталах богачей, где больные могут оплачивать все возрастающую медицинскую помощь.
Наряду с успехами медико-биологических, клинических и гигиенических наук наблюдался отход определенных групп врачей и естествоиспытателей от относительно прогрессивных материалистических позиций в сторону реакции. Отмечалось стремление биологизировать социальные явления и на такой основе строить концепции о путях развития медицинского дела, использовать биологические теории для утверждения буржуазного строя, а буржуазные социологические теории – для объяснения медицинских проблем.
В конце XIX - начале XX в. в естествознании и медицине наблюдались отход некоторых ученых от материализма (большей частью механистического, непоследовательного, но все же материализма) и активные нападки на него, усилилось распространение идеализма. Характеризуя это положение, В. И. Ленин писал, что «…вражда к материализму, тучи клевет на материалистов, – все это в цивилизованной и демократической Европе порядок дня» [84].
Сторонники философского идеализма в своих атаках на материализм использовали естественнонаучную терминологию и новые данные естествознания, маскируя тем самым свою истинную идейную позицию. Крупные открытия в физике, например электронная теория строения вещества, установление модели построения атома по типу планетарной системы и др., побуждали к коренной ломке установившихся представлений и являлись стимулом для философского переосмысливания новых открытий. В этой обстановке все отчетливее вырисовывалась позиция представителей идеализма, использовавших новые открытия для дискредитации научных знаний и самого факта существования материального мира.
Среди них были такие крупные физиологи, как Ч. Щеррингтон, М. Ферворн (см. выше), которые отрицали познаваемость психической деятельности человека, роль головного мозга в качестве органа мышления, существование «телесного мира», выступали против причинности явления (каузальности), сводя все к условиям возникновения тех или иных явлений и состояний (кондиционализм). Физиолог О. Мейергоф приписывал любой материи душевное начало, считая, что познание возникновения живой природы невозможно без телеологического объяснения.
Американский биолог и анатом Дж. Когхилл (1872-1941) отрицал процесс развития от низших форм природы к высшим, признавая у отдельных индивидуумов изначальный полный комплект всех поведенческих начал с последующей дифференциацией отдельных актов.
Ведущее значение он придавал понятиям «изначальное целое» и «примат целого», чем объективно признавалось божественное предопределение данных явлений.
