– Давай я тебе пока теорию расскажу! В общем, идея была такая, что человеку предлагалось бесплатно жить в реабилитационном центре, ему предоставлялся комплект новой одежды, парикмахер приводил всех в порядок, мы делали фото до/после. Причем фото «после» было прямо в первый же день, в новой одежде и после стрижки, и еще через месяц после начала реабилитации. Были только два условия: нужно было ходить на работу и нельзя приходить в центр пьяным. Для этого я нанял крепких охранников, которые должны были не пускать никого в нетрезвом виде.
Администратор расписывает каждому постояльцу реабилитационного центра план развития, варианты по работам, зарплатам, карьерный рост. У каждого бездомного над кроватью висит что-то типа мудборда, на который прикрепляется очень важная вещь – картинка с мечтой, которую человек хочет осуществить. Это вот как раз твоя идея! Мы описывали пошагово, сколько времени займет достижение той или иной мечты и какие действия нужно предпринять, чтобы достигнуть результата.
Бездомных устраивали на работу, начиная с простейшей – дворник, автомойщик и дальше по нарастающей. Все деньги, которые они зарабатывали, они могли тратить куда угодно. Мы проводили с ними занятия по финансовому планированию и объясняли наглядно, как эффективно или неэффективно распоряжаться деньгами. Проживание, питание и базовый набор одежды для них были бесплатными. Если им хотелось что-то дополнительно, то это уже они могли купить сами.
По моей концепции, в том случае, если человек выходит на такой уровень заработной платы, что может самостоятельно снимать небольшую квартиру, то мы помогаем ему найти жилье и он покидает реабилитационный центр. При этом он самостоятельно ищет на свое место нового бомжа, приводит его и берет над ним шефство. Плюс к этому выпускник реабилитационного центра платит 5–10 % от своего дохода в центр для поддержания работы центра.
– Постой, у вас же некоммерческая организация?
– Так мы с нее и не получаем никакого дохода. Все деньги идут только на центр реабилитации. К тому же делать взносы мы не заставляем, это дело добровольное. Но, хочу отметить, что все, кто выпустился, ежемесячно перечисляют деньги на содержание центра, так что, по сути, он уже перешел в режим самоокупаемости.
Вот уже пять лет, как действует мой благотворительный фонд, и мы выпустили более 50 человек. Они сейчас почти все здесь. Начинать было очень сложно, но потихоньку мы раскочегарились, и вот эти люди, которых ты тут видишь, – они все «выпускники» моего реабилитационного центра, это всё – живые истории успеха.
– Миша, ты меня шокировал. Уж чего, а вот такого я точно не ожидал!
– Я лет десять назад и сам бы не поверил! Знаешь, когда я еще учился в Англии, я как-то потерялся и не мог найти смысл – зачем вообще я здесь. А вот сейчас я действительно кайфую от того, что делаю. Они меняются моментально!
На мудборде у каждого рядом с картинкой мечты висит еще одна важная вещь, которая работает безотказно. То самое фото до/после. Это как раз то, ради чего я все это делаю. Я возвращаю людей. Ведь для этого же нужно общество, верно? Чтобы друг друга поддерживать в трудную минуту и помочь найти правильный путь.
– Сейчас ты увидишь святая святых лучшего места по трансформации из овоща в человека! – громко провозгласил Леша, который был очень рад показать своему другу место, кардинально изменившее его жизнь.
– Звучит как реклама вытрезвителя! – съязвил Саша.
– Ну, по сути, так оно и есть. Здесь люди возвращаются к трезвой жизни.
– Расскажи, с тобой-то что произошло?
– Да ничего особенного не произошло! После детского дома я решил стать автомехаником. Все было прекрасно! Я чинил машины, мотоциклы, катера даже иногда. Была одна проблема – часто мне… кхм… клиенты приносили бутылочку-другую крепкого в качестве благодарности. Так я пристрастился к алкоголю, и в итоге меня выгнали с нескольких работ, потому что я мог забухать и не прийти. Тут еще нагрянул коронавирус. Ну и вот настал тот момент, когда я совсем не мог найти работу, денег не было вообще, есть было нечего, жить тоже негде, я поругался со своей бабой, у которой жил, и оказался на улице.
Сначала я слонялся по подворотням, пытался выпросить хоть немного денег на улице, околачивался даже около Макдональдса. Но на эти деньги я покупал не еду, а бухло. Пиво, самые дешевые фанфурики, все, на что хватало денег. Я спал то в одном углу, то в другом, пока меня оттуда не выгоняли.
Это было самое худшее время в моей жизни. Я был грязный, вонючий, и казалось, что пути назад нет, что так я и буду существовать до тех пор, пока не умру от голода и холода. И вот как-то я шел по улице и увидел старый заброшенный особняк. В нем никто не жил, двери были заколочены, стекла грязные, но дом явно лет сто назад принадлежал состоятельным людям.
